+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Проблемы наследования авторских прав 2019 год

Киселева Надежда Анатольевна

канд. филос. наук, доцент ЗабГУ, г. Чита

Авторскими правами признаются интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства. Согласно п. 1 ст. 1225 ГК РФ под интеллектуальной собственностью понимаются результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуги предприятий, которым предоставляется правовая охрана. На произведение науки, литературы или искусства в соответствии с частью 4 ГК РФ распространяется исключительное право. Под исключительным правом на произведение согласно п. 1 ст. 1229 ГК РФ понимается право его обладателя использовать такое произведение по своему усмотрению любым способом, который не противоречит закону. Подобное исключительное право признается на основании ст. 1257 ГК РФ за гражданином, автором результата интеллектуальной деятельности, творческим трудом которого создан такой результат.

Исключительное право на произведение действует в течение всей жизни автора и семидесяти лет, считая с 1 января года, следующего за годом смерти автора, на основании п. 1 ст. 1281 ГК РФ. В данной статье устанавливаются и иные правила, так, если автор произведения был репрессирован и посмертно реабилитирован, срок действия исключительного права продлевается, и семьдесят лет исчисляются с 1 января года, следующего за годом реабилитации автора произведения. Если автор работал во время Великой Отечественной войны или участвовал в ней, срок действия исключительного права, установленный настоящей статьей, увеличивается на четыре года. Когда же произведение создано в соавторстве (двумя или более лицами совместным творческим трудом — ст. 1258 ГК РФ), исключительное право на данное произведение действует в течение всей жизни автора, пережившего других соавторов, и далее семьдесят последующих лет, считая с 1 января года, следующего за годом его смерти. После чего исключительное право на произведение переходит по наследству в соответствии с п. 1 ст. 1283 ГК РФ.

Следует отметить, что права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, а также материальные носители, в которых выражены соответствующие результаты или средства, могут отчуждаться или иными способами переходить от одного лица к другому в случаях и в порядке установленном ГК РФ. Вопросы перехода исключительного права на произведение как авторских прав имущественного содержания регулирует часть 4 ГК РФ, однако автору принадлежат и личные неимущественные права на результат его творчества. Поскольку личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом и охраняются бессрочно, не все авторские права могут переходить по наследству. Прежде всего, это личные неимущественные права:

· право авторства (право признаваться автором произведения), следовательно, наследники не могут считаться авторами произведения;

· право на имя (использование имени собственного, псевдонима или без указания имени автором произведения), т. е. наследник не может решать вопросы, связанные с тем, будет ли произведение опубликовано под настоящим именем автора, под псевдонимом или анонимно;

· право на неприкосновенность произведения означает, что произведение должно использоваться в первозданном авторском варианте. Однако, допускается изменение формы произведения, например переработка драматического произведения в сценарий либо наоборот.

· право на обнародование произведения, т. е. право осуществить действие, посредством которого произведение станет доступным для всеобщего ознакомления.

По мнению Чебановой О., особенность наследования в области интеллектуальной собственности состоит в том, что, несмотря на то, что указанные личные неимущественные права не наследуются, такие нематериальные блага как авторство, имя автора и неприкосновенность произведения, охраняются наследниками автора и другими заинтересованными лицами [5, С. 9].

Действительно, на основании ст. 1267 ГК РФ после смерти автора охрана авторства, имени автора и неприкосновенности произведения осуществляется наследниками автора, их правопреемниками и другими заинтересованными лицами. Кроме того, автору на основании данной статьи принадлежит право, в порядке, предусмотренном для назначения исполнителя завещания (ст. 1134 ГК РФ), указать лицо, на которое он возлагает охрану авторства, имени автора и неприкосновенности произведения после своей смерти. Данное лицо осуществляет свои полномочия пожизненно. При отсутствии таких указаний или в случае отказа назначенного автором лица от исполнения соответствующих полномочий, а также после смерти этого лица охрана авторства, имени автора и неприкосновенности произведения осуществляется наследниками автора, их правопреемниками и другими заинтересованными лицами (абзац 2 п. 2 ст. 1267 ГК РФ).

С введением в силу части четвертой ГК РФ получил законодательное решение актуальный вопрос о праве обнародования произведения наследниками автора. Так, согласно п. 3 ст. 1268 ГК РФ произведение, не обнародованное при жизни автора, может быть обнародовано после его смерти обладателем исключительного права на произведение, если только автор в письменной форме не запретил его обнародование. Таким образом, путем соответствующего указания в свидетельстве о праве на наследство, возможно официальное оформление перехода права на обнародование ранее не опубликованных произведений автора к его наследникам. Согласно п. 3 ст. 1282 ГК РФ перешедшее в общественное достояние необнародованное произведение может быть обнародовано любым лицом, если только обнародование произведения не противоречит воле автора, определенно выраженной им в письменной форме (в завещании, письмах, дневниках и тому подобном). Следует указать на еще один немаловажный факт — в соответствии с п. 5 ст. 333.38 Налогового Кодекса РФ освобождены от уплаты государственной пошлины физические лица за выдачу свидетельств о праве на наследство при наследовании ими авторских прав и сумм авторского вознаграждения, предусмотренных законодательством Российской Федерации об интеллектуальной собственности [4]. Однако, как отмечает В.В. Авдеев, авторское вознаграждение, выплачиваемое наследнику автора произведения, являющемуся налоговым резидентом РФ, подлежит налогообложению НДФЛ по ставке 13% (пункт 18 ст. 217 НК РФ), а также авторское вознаграждение, выплачиваемое наследникам автора произведения, не является объектом обложения ЕСН и объектом для исчисления взносов на ОПС, кроме того случая, если авторским договором предусматривается выплата вознаграждения в пользу автора за созданное им в рамках его трудовой (творческой) деятельности произведение (в том числе за передачу автором имущественных авторских прав на использование произведения) [1, С. 57] .

Согласно ст. 1266 ГК РФ при использовании произведения после смерти автора лицо, обладающее исключительным правом на произведение, вправе разрешить внесение в произведение изменений, сокращений или дополнений при условии, что этим не искажается замысел автора и не нарушается целостность восприятия произведения, и это не противоречит воле автора, определенно выраженной им в завещании, письмах, дневниках или иной письменной форме. По мнению О.Е. Блинкова, завещание — это наиболее приемлемая форма запрета внесения в произведение изменений, сокращений или дополнений либо определение объема и признаков подобных действий. Завещание как юридический факт порождает правоотношение с обязанностями на стороне преемника исключительного права на произведение. Какова же юридическая сила писем, дневников или посмертных записок, остается неясным [2, С. 63].

Как уже отмечалось, согласно п. 1 ст. 1283 ГК РФ исключительное право на произведение переходит по наследству и только в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (ст. 1117 ГК РФ), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (ст. 1158 ГК РФ), имущество умершего считается выморочным (п. 1 ст. 1151 ГК РФ), а его исключительные права прекращаются и произведение переходит в общественное достояние (п. 2 ст. 1283 ГК РФ). Кроме того, произведение, перешедшее в общественное достояние, может свободно использоваться любым лицом без чьего-либо согласия или разрешения и без выплаты авторского вознаграждения. При этом охраняются авторство, имя автора и неприкосновенность произведения (пункт 2 ст. 1282 ГК РФ).

На основе вышеизложенного следует сделать вывод о том, насколько сложна и неоднозначна проблема наследования авторского права — и на уровне вида наследования, и зависимости продолжительности срока исключительных прав от вида результата интеллектуальной деятельности, и процедуры обнародования и внесения изменений в авторское произведение наследниками или ответственным лицом.

1. Авдеев В. В. Переход права на произведение по наследству и налогообложение наследников // Бухгалтерский учет в издательстве и полиграфии. 2009. № 9. С. 56‑58.

2. Блинков О. Е. Новый российский правопорядок в сфере наследования авторских и смежных прав // Наследственное право. 2008, № 1.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации. — М.: Эксмо, 2011.

4. Налоговый Кодекс Российской Федерации. Ч. 2. // «Собрание законодательства РФ», 07.08.2000, № 32, ст. 3340.

5. Чебанова О. О наследовании авторских прав // Хозяйство и право. 2010. № 8. С. 7‑ 10.

Проблемы, возникающие при переходе авторских прав по наследству

Проблемы, возникающие при переходе авторских прав

Одним из способов перехода авторских прав является наследование. Нормы, регламентирующие наследование, в том числе и авторских прав, со­держатся в четвертой и в третьей части ГК РФ.

Статья 1111 ГК РФ предусматривает два вида наследования: по заве­щанию и по закону. При этом наследование по завещанию имеет приоритет. Если завещание отсутствует или было признано недействительным, наследо­вание осуществляется по закону.[1]

Наследственное имущество умершего переходит к его наследникам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как еди­ное целое и в один и тот же момент, если ГК РФ не установлено иное.

Принцип свободы завещания выражается в том, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, не­скольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лише­ния, а также включить в завещание иные распоряжения, отменить или изме­нить совершенное завещание. Ч.2 статьи 1120 ГК РФ разрешает наследода­телю распорядиться всем своим имуществом целиком или какой-либо его ча­стью, составив одно или несколько завещаний.[2]

Таким образом, наследование по закону следует рассматривать всегда как универсальное правопреемство, тогда как наследование по завещанию, в зависимости от воли наследодателя, может носить как универсальный, так и сингулярный характер.

Если завещание не было составлено автором произведения, то его наследники по закону приобретают все принадлежащее ко дню смерти автора имущество, а также исключительные права на созданные им произведения. Напротив, в случае составления завещания, автор может указать имена на­следников в отношении конкретного вида имущества, каждого имуществен­ного права. Однако исключительные авторские права переходят к наследни­кам как единое целое и не подлежат разделу. При приобретении по наслед­ству исключительного права на результат интеллектуальной деятельности несколькими наследниками совместно, каждый из них может использовать такой результат по своему усмотрению, если ГК РФ или соглашением между ними не предусмотрено иное. Взаимоотношения таких наследников опреде­ляются соглашением между ними. Распоряжаются исключительным правом на произведение наследники сообща, если ГК РФ не предусматривает иной режим распоряжения.

указывает случаи, когда самостоятельные исключительные права на один и тот же результат интеллектуальной деятельности могут од­новременно принадлежать разным лицам. К указанным случаям относятся следующие:

— самостоятельное исключительное право на независимо созданную лицом типологию интегральных микросхем, идентичную другой типологии принадлежит этому лицу;

— самостоятельное исключительное право на охраняемый секрет производства принадлежит лицу, ставшему добросовестно и незави­симо от других обладателей секрета производства обладателем сведений, со­ставляющих содержание этого секрета производства.[3]

Таким образом, автор не имеет права одному лицу завещать право на распространение и право на воспроизведение, а второму — только право на сдачу в прокат экземпляров своего произведения. Переход исключительных прав на произведение к нескольким лицам, указанным в завещании в каче­стве наследников, возможен только в совокупности, но не по отдельности.

Согласно п. 31 Постановления Пленума Верховного суда РФ «О вопро­сах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» от 01.01.01 года № 15 при получении несколькими наследниками по закону либо по завещанию авторского права наследодателя без выделения конкрет­ных наследуемых объектов авторского права следует иметь в виду, что в этом случае у наследников возникает аналогичный нераздельному соавтор­ству объем правомочий в отношении наследуемых прав на совместное ис­пользование всех произведений и (или) объектов смежных прав. Права, пе­решедшие к наследникам, составляют неразрывное целое, и ни один из на­следников не вправе без достаточных к тому оснований запретить использо­вание произведения.[4]

Универсальное правопреемство не следует путать с принципом уни­версальности наследственного правопреемства. Последний означает недо­пустимость частичного принятия и частичного отказа от наследства.

Необходимо отметить, что по наследству могут переходить не только исключительные авторские права, но и материальные вещи, в которых выра­жены объекты интеллектуальной собственности. Различные манускрипты, рукописи, компакт-диски, дискеты, флеш-карты, картины, скульптуры при­знаются материальными носителями объектов авторских прав (произведений литературы, науки или искусства). Они включаются в наследственную массу как имущество, принадлежащее автору на праве собственности. Поскольку п. 2 статьи 1227 ГК РФ закрепляет независимость перехода права собственно­сти на вещь от перехода или предоставления интеллектуальных прав на ре­зультат интеллектуальной деятельности, выраженный в этой вещи, наслед­никами материальных носителей произведения и наследниками исключи­тельных прав на это произведение в завещании могут быть названы разные лица.

Перечисляя объекты гражданских прав, статья 128 ГК РФ признает ох­раняемые результаты интеллектуальной деятельности самостоятельным объ­ектом, наравне с имуществом, работами, услугами и нематериальными бла­гами. В связи с этим в теории наследственного права сформировалось мнение о противоречии статьи 1112 ГК РФ и статьи 1283 ГК РФ.

Так, и [5] считают, что, говоря в статье 1112 ГК РФ о том, что в наследство входит «иное имущество, в том числе имущественные права», законодатель не имел при этом ввиду объекты ин­теллектуальной собственности, в т. ч. авторское право, которое в состав иму­щества не входит. Объясняется это тем, что законодатель проводит раз­личие между институтом «право собственности» (т. е. право владения, поль­зования и распоряжения) и институтом «право интеллектуальной собствен­ности» (оно возникает на результаты творческой деятельности, а не на иму­щество). Исходя из этого, упомянутые авторы делают вывод, что, являясь са­мостоятельным объектом гражданского, в том числе наследственного права, авторское право не является имуществом и может входить в предмет наслед­ства лишь, если об этом имеется специальное указание в завещании. При на­следовании по закону этого не требуется, так как наследование осуществля­ется в порядке универсального правопреемства.

Существует и противоположная точка зрения относительно природы прав на результаты интеллектуальной деятельности. полагает, что «в имущество необходимо включать любые объективированные, сущест­вующие независимо от человеческого сознания продукты природы и про­дукты деятельности (в том числе интеллектуальной), которые имеют стоимо­стную оценку и становятся товаром, а также имущественные права и обязан­ности, возникающие по поводу их».[6]

В этом вопросе более обоснованной выглядит позиция авторов, при­держивающихся первой точки зрения. Таким образом, авторское право при наследовании по закону переходит по наследству не в соответствии со статьей 1112 ГК РФ, а в соответствии со специальной правовой нормой зако­нодательства об интеллектуальной собственности. Ведь на наследование по завещанию правопреемство распространяется только на тот предмет наслед­ства, который указан в самом завещании, так как универсального правопре­емства при завещании чего-то конкретного не происходит. Все же остальное имущество, имущественные права и интеллектуальная собственность, не ука­занные в распоряжении завещателя (завещании), подлежат разделу в общем порядке в соответствии с требованием ГК РФ о наследовании по закону и принципом универсальности правопреемства.

Для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследства является односторонней сделкой.

Принятие наследником части наследства означает принятие всего при­читающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Принятие наследства под условием или с оговорками не допус­кается.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия.

До тех пор, пока не доказано иное, считается, что наследник принял на­следство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства. П. 2 статьи 1153 ГК РФ содержит примерный перечень таких действий. Лицо признается принявшим наследство, если оно:

— вступило во владение или в управление наследственным имуществом;

— приняло меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц;

— произвело за свой счет расходы на содержание наследственного иму­щества;

— оплатило за свой счет долги наследодателя или получило от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.[7]

Применительно к наследованию объектов интеллектуальной собствен­ности в качестве действий, служащих основанием для признания наследника фактически принявшим наследство, можно назвать такие, как:

Это интересно:  Кто открыл закономерности наследования признаков 2019 год

— проведение концертов памяти композитора, автора текста песен, иных музыкальных произведений;

— выпуск компакт-дисков с записью произведений наследодателя (аудио-книг, аудиовизуальных произведений, музыкальных произведений, произведений драматического искусства и др.);

— создание сайта, посвященного творчеству наследодателя и т. п.

Общий срок принятия наследства составляет шесть месяцев и исчисля­ется со дня открытия наследства, а в случае открытия наследства в день предполагаемой гибели гражданина — со дня вступления в законную силу ре­шения суда об объявлении его умершим.[8]

В случае пропуска срока, установленного для принятия наследства, на­следство может быть принято наследником, пропустившим указанный срок как в судебном, так и во внесудебном порядке.

Суд по заявлению наследника может восстановить срок установлен­ного для принятия наследства, и признать наследника принявшим наслед­ство. При этом необходимо соблюсти одно требование. Наследник, пропус­тивший срок, установленный для принятия наследства, должен обратиться в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали. Такие причины должны иметь уважительный характер. Восстановле­ние необходимого для вступления в наследство срока возможно в следующих случаях:

— наследник не знал или не должен был знать об открытии наследства;

— наследник пропустил данный срок по уважительным при­чинам, иным чем его неосведомленность об открытии наследства.

Без обращения в суд наследство может быть принято наследником по истечении срока, установленного для его принятия, только при условии со­гласия в письменной форме на это всех остальных наследников, принявших наследство. Согласие наследников является основанием аннулирования но­тариусом ранее выданного свидетельства о праве на наследство и основанием выдачи нового свидетельства.

С учетом многообразия объектов авторского права составить какой-либо перечень документов, которые возможно использовать для подтвержде­ния принадлежности наследодателю авторского права, не представляется возможным. Таким документом, в частности, может являться справка отде­ления Российского авторского общества, творческого союза и т. п. Вместе с тем, допустимо в свидетельстве о праве на наследство просто указать на при­надлежность наследодателю авторского права в общей форме без указания конкретных произведений.

Наследники по закону призываются к наследованию в порядке очеред­ности, установленной в ГК. Данная очередность наследования по закону ос­новывается на степени родства наследников по отношению к наследодателю. Степень родства определяется числом рождений, отделяющих родственников одного поколения от родственников другого поколения. Особенность опре­деления степеней родства заключается в том, что обычно при определении степени родства в расчет не берется рождение наследодателя. Главное пра­вило наследования по закону состоит в том, что более близкие родственники устраняют от наследования более дальних родственников.[9]

До введения в действие части 3 ГК РФ, ГК РСФСР ограничивался всего четырьмя очередями наследников по закону. Статья 1145 ГК РФ ввела до­полнительно еще три очереди. Таким образом, на сегодняшний день законо­дательство предусмотрено семь очередей наследников по закону.

Однако отсутствие всех перечисленных лиц отнюдь не означает, что после смерти автора произведения его исключительные права прекратятся. К наследованию по закону могут быть призваны и иные лица.

Во-первых, возможно наследование по праву представления. Право представления — переход доли наследника по закону умершего до открытия наследства к его наследникам в равных долях. Во всех случаях наследники по праву представления являются потомками (нисходящими родственни­ками) наследников по закону той же очереди. Предки (восходящие родствен­ники) наследника по закону к наследованию по праву представления не при­зываются.

Действующее законодательство, как авторское, так и наследственное, имеет пробел в регламентации авторских прав наследников. Наиболее серь­езной проблемой, что отмечают практически все исследователи этого во­проса, является определение объема прав, переходящих к наследникам ав­тора.

В соответствии со статьей 1283 ГК РФ исключительные права автора переходят по наследству. Это общее правило, которое отражает значение ав­торского права, как объекта гражданских прав. Исключением из этого пра­вила является согласно той же норме право авторства, право на имя и право на защиту репутации автора произведения. Наследники автора вправе осуще­ствлять защиту указанных прав. Данное исключение полностью согласуется с назначением и характеристикой личных прав и является конкретизацией статей 150 и 1112 ГК РФ. Согласно статье 1112 ГК РФ, не входят в состав на­следства личные неимущественные права и другие нематериальные блага. Помимо этого, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.[10]

В соответствии с ГК РФ, в число личных неимущественных прав вхо­дит право авторства, право на имя, право на обнародование, включая право на защиту репутации автора. Сопоставив эти нормы со 1283 ГК РФ, мы уви­дим, что законодатель сознательно исключил право на обнародование из пе­речня прав, которые не переходят по наследству. Данный факт позволил сде­лать вывод некоторым ученым, что право на обнародование передается по наследству вместе с комплексом имущественных прав. Данное заключение было подтверждено и практикой, когда наследники давали согласие на опуб­ликование, публичный показ и т. д. ранее не известных произведений авторов. Некоторые ученые полагают, что из содержания статьи 1283 ГК РФ можно сделать вывод, что право на обнародование и право на отзыв прекра­щаются, но при этом также указывают на вышеприведенное противоречие.

На наш взгляд, если проанализировать ситуацию, можно прийти к за­ключению, что право на обнародование прекращается, но в соответствии с ч.3 ст. 1268 ГК РФ такое право есть у наследника, если произведение не было опубликовано при жизни автора. При этом никаких противоречий, по край­ней мере, формальных, наше законодательство на этот счет не содержит.

ССЫЛКИ и ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] Ананьева авторского права и часть третья ГК РФ // Современное право. 2002. №9 – С. 15-22

[2] Грудцына наследника /Под ред. – М., Юстицинформ, 2007 – С. 75

[3] Гуев комментарий к части четвертой Гражданского кодекса РФ. – М., 2009 – С. 92

[4] Постановление Пленума Верховного Суда РФ 19 июня 2006 г. № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» // БВС РФ. №8. 2006

[5] , Марданшина оформление при наследовании авторских прав — залог отсутствия последующих судебных споров // Бюллетень нотариальной практики. №6. 2006 – С. 22-39.

[6] Лапач объектов гражданских прав. С-Пб, 2002. — С. 282.

[8] и др. Наследственное право /Под ред. . – М., Волтерс Клувер, 2005 – С. 152

[10] Ананьева авторского права и часть третья ГК РФ //Современное право. 2002. №9 – С. 15-22

Проблемы наследования авторских прав (на примере конкретного гражданского дела)

Сергеев В.И., доктор юридических наук, профессор МГЭИ, адвокат.

Марданшина А.С., соискатель Московского гуманитарно-экономического института, помощник адвоката.

Наследуются ли авторские права? Конечно! — ответит любой читатель и продемонстрирует нам массу примеров, когда наследниками авторских прав становятся многие близкие люди умерших творческих работников (жены, дети и т.д.) или иные лица, указанные в завещании. Проблем здесь не возникает. Проблемы возникают, как правило, либо между самими наследниками (этот вопрос в настоящей статье не рассматривается), либо по поводу использования авторских прав лицами, не имеющими на то правовых оснований. Важное значение имеет и расширительное понимание (толкование) термина «наследник» в применении его к наследникам авторских прав, что нередко приводит к столкновению интересов таких наследников с интересами других родственников. К сожалению, на сегодняшний день эти проблемы не нашли должного отражения ни в самом законодательстве, ни в научной литературе по цивилистике. А поэтому мы и решили посвятить настоящую статью освещению некоторых проблемных вопросов в гражданском праве, связанных с оформлением наследования авторских прав, и тем самым попытаться восполнить определенную недостаточность исследовательской базы в столь важных, как нам кажется, правовых и житейских сферах общественных отношений. Нередко возникновению споров предшествует неправильное определение авторского права в системе объектов гражданского права. Отсюда и последующие ошибки в оформлении наследства. О нежелании многих нотариусов, занимающихся, как известно, таким оформлением, вдаваться в оценку правовой природы авторских прав, свидетельствует принятая форма свидетельства о праве на наследство, которая используется в одинаковой мере и на объекты вещного права, и на объекты интеллектуальной собственности.

Отождествление авторских прав с вещными правами, в свою очередь, приводит к неверным акцентам в определении наследников, что соответственно предопределяет и поведенческий статус во взаимоотношениях между ними. Вот самая распространенная ошибка в оформлении наследства. Читаем свидетельство о праве на наследство П-ова: «Я, государственный нотариус N-ской нотариальной конторы, удостоверяю, что на основании ст. 532 ГК РСФСР (или соответствующей статьи ГК РФ) наследниками имущества гражданина П-ова А.П., умершего. является в 1/2 доле дочь П-ова Светлана Александровна, проживающая. Наследственное имущество, на которое в указанных долях выдано настоящее свидетельство, состоит из: авторского права. На 1/2 доли выдается свидетельство о праве на наследство авторским правом другому наследнику». Далее следует подпись нотариуса, указание о зарегистрированном номере в реестре и взысканной госпошлине. Такова примерная форма свидетельства о праве на наследство по закону, применяемая и сегодня нотариусами страны при оформлении наследственных дел. Аналогичная форма применяется при наследовании и по завещанию. Что же здесь предосудительного? Свой ответ на этот вопрос мы постараемся дать не только в чисто научном аспекте, но и проиллюстрируем материалами конкретного гражданского спора, вылившегося в целый ряд взаимосвязанных наследственных, арбитражных и иных гражданских дел в различных судах Москвы и Роспатенте. А поэтому данные материалы мы и возьмем за исследовательскую базу своего повествования (1).

  1. В связи с тем что упомянутый выше спор еще не разрешен, а также в связи с возможными криминальными обстоятельствами, лежащими в его основе, все фамилии и названия в настоящем материале изменены.

Крупный русский ученый, назовем его Диановым А.Д., являлся изобретателем медицинского аппарата, предназначенного для профилактики заболеваний органов дыхания и кровообращения. После смерти ученого это изобретение получило название «Аппарат Дианова». Ученый умер в 1964 г. Жена умершего Дианова И.Ю. после его смерти унаследовала лишь авторское право. Наследницей имущества ученого, его трудов и открытий она быть отказалась, поскольку еще в тридцатых годах прошлого столетия Дианов все свои открытия подарил советскому народу. Значительная же часть имущества ученого, его трудов, картин, книг оставалась у дочери профессора, которая хранила все это в период длительного нахождения ученого в местах заключения в период репрессий и в последующие годы. И.Ю. Дианова умерла в 1980 г.

Перед смертью Дианова завещала неизвестному их семье человеку по фамилии Гоголев все свое (то есть, надо полагать, ее личное) имущество. Подчеркнем, речь шла обо «всем ее имуществе», но не об авторском праве ученого и его трудах и, тем более, не об имуществе ученого: трудах, архивах, рукописях, которые ей самой не принадлежали в силу отказа от принятия этого наследства и неоформления наследства на эти вещи. В силу того что личные вещи ученого (к которым относились и его труды) согласно Кодексу о браке и семье РСФСР и ГК не причислялись к имуществу, нажитому супругами в совместном браке, они не могли быть и супружеской долей в наследстве. Но в конечном счете речь пойдет все же не об имуществе и имущественных интересах.

Гоголев по неизвестным причинам оформил у нотариуса свидетельство о праве на наследство не на имущество покойной, которое ему завещалось, а на авторские права. профессора Дианова, которые ему вовсе и не завещались. Такое нотариальное действие привело к тому, что, несмотря на ограниченный предмет владения и пользования согласно выданному Гоголеву московским нотариусом свидетельству — то есть только на авторское право, Гоголев, а затем уже и его наследники по закону стали именовать себя «наследниками профессора Дианова» и соответственно принимать всю полноту правовых решений, которые законом возложены на наследников ученого.

Эта регистрация, как утверждают на заводе, произошла без согласия наследника авторских прав Гоголева, о наследственных правах которого на заводе до тех пор не знали, а когда он объявился в качестве наследника, то таковым его не признали. Следует заметить, что регистрация заводом товарного знака осуществлялась при полном согласии дочери и внучки ученого, которые носят ту же фамилию, что и профессор. Они сами были настроены на эффективное сотрудничество с заводом. Ведь завод осуществил на деле самую главную и заветную мечту профессора Дианова — сделать профилактику упомянутых заболеваний массовой, поставить ее на службу как можно большему числу нуждающихся людей. А что может быть для реальных наследников ученого — его ближайших родственников — важнее, чем такая инициатива завода.

Пользуясь своими наследственными правами, Гоголев, а после его смерти — его наследники — против завода учинили судебные иски, в результате которых заводу-производителю было запрещено использование обозначения «Аппарат Дианова» в отношении товаров и услуг, связанных с производством этого аппарата. Также завод обязывался выплатить наследникам несколько миллионов рублей в порядке денежной компенсации за незаконное использование имени ученого в товарном знаке. Судебное решение арбитражного суда выполнено.

Итак, серьезная юридическая ошибка, допущенная четверть века назад при оформлении наследства, привела к не менее серьезным последствиям и соответствующим правовым решениям, явно направленным не на утверждение объективной истины, а на установление формальной правоты тех, кто к этой истории, казалось бы, имеет лишь косвенное отношение. В связи с тем что подобных ситуаций в нынешней практике применения норм наследственного права возникает множество, есть необходимость проанализировать юридическую сторону сложившихся правоотношений и постараться найти причину, по которой в мерном, казалось бы, течении правоприменительного процесса произошел существенный сбой. Для этого нам необходимо ответить на ряд вопросов, ответ на которые находится во взаимосвязи с рассмотрением некоторых аспектов наследственного, авторского права, вопросов разграничения понятий «право на имя» и «авторское право», защитой конституционных прав при использовании имени в средствах индивидуализации, а также с рассмотрением вопросов защиты иных личных неимущественных прав граждан и организаций.

Начнем с оформления наследства.

В январе 2005 г. московским нотариусом С. были выданы два свидетельства о праве на наследство по закону гражданам Гоголеву П. и Гоголеву В. Согласно этим документам наследственное имущество, на которое выдано свидетельство для каждого из вышеназванных наследников, составляет по S доли авторского права Дианова, умершего 10 января 1964 года, наследником которого являлась его супруга Дианова И.Ю., а ее наследником по завещанию обозначен гр-н Гоголев Леон Викторович на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию, выданного государственным нотариусом Первой Московской государственной нотариальной конторы от 21 октября 1980 г. по реестру N N.

Анализируя эти обстоятельства, следует заметить, что, наряду с нравственно-этическими вопросами, которые не входят в предмет настоящего исследования, здесь возникают вопросы и чисто правового характера. Так, в соответствии со ст. 128 ГК РФ к объектам гражданского права относятся: вещи, включая имущественные права; . результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность); нематериальные блага. Таким образом, видно, что интеллектуальная собственность, так же как и вещи, является самостоятельным видом объектов гражданских прав и к вещному праву не относится. Наука гражданского права в связи с этим знает четыре равнозначные подотрасли цивилистики: вещное право; обязательственное право; право интеллектуальной собственности и наследственное право.

В приведенном свидетельстве о праве Гоголевых на наследство указано: «Наследственное имущество, на которое в указанной доле выдано настоящее свидетельство, состоит из авторского права Дианова». Иными словами, авторское право здесь определено как имущество и тем самым умело и заведомо «подогнано» под текст завещания, оставленного Диановой Гоголеву. Однако подобная манипуляция с подменой юридических понятий не должна иметь существенного значения в настоящем юридическом анализе. Понятие «имущество» в гражданском праве имеет в виду совокупность вещей и имущественных прав. Данное понятие употребляется, как правило, в обязательственном праве. В значении вещей и имущественных прав оно употребляется и в наследственном праве (например, см. ст. 1112 ГК РФ). Но, говоря в ст. 1112 ГК о том, что в наследство входит «иное имущество, в том числе имущественные права», законодатель не имел при этом в виду объекты интеллектуальной собственности, в т.ч. авторское право, которое в состав имущества не входит. Объясняется это тем, что законодатель проводит различие между институтом «право собственности» (т.е. право владения, пользования и распоряжения) и институтом «право интеллектуальной собственности» (оно возникает на результаты, например, творческой деятельности, а не на имущество).

Это интересно:  Наследование несовершеннолетними по закону 2019 год

Резюмируя, следует заключить, что, являясь самостоятельным объектом гражданского, в том числе наследственного права, авторское право не является имуществом и может входить в предмет наследства, лишь если об этом имеется специальное указание в завещании. Например, таким специальным указанием может быть фраза: «Завещаю все свое имущество, а также авторское право такого-то» или фраза: «Завещаю только авторское право». При наследовании по закону этого не требуется, так как наследование осуществляется в порядке универсального правопреемства (т.е. принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, — см. абз. 1 п. 2 ст. 1152 ГК РФ). И авторское право, таким образом, при наследовании по закону переходит по наследству не в соответствии со ст. 1112 ГК РФ, а в соответствии со специальной правовой нормой (т.е. в порядке ст. 29 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах»).

Но Гоголев наследовал не по закону, а по завещанию, и поэтому при получении свидетельства о праве на наследство, перешедшее от жены ученого Диановой, Гоголев не имел никаких юридических оснований на правопреемство авторского права Дианова, поскольку содержанием завещания наследодательницы такового не предусматривалось. В силу этого не могло быть законным также и правопреемство на авторские права Дианова сыновьями Гоголева. Эти обстоятельства и должна была проверить нотариус при выдаче свидетельства о праве на наследство. Но этого не случилось.

Что же в реальности завещалось Гоголеву?

Согласно завещанию Диановой последняя завещала Гоголеву все ее имущество, которое только ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось. Настоящее завещание было удостоверено нотариусом 6-й Московской государственной нотариальной конторы Т. Из него, таким образом, видно, что ни о каком наследстве авторских прав профессора Дианова его жена не упоминала, таковых не завещала, а поэтому следует заключить, что указанное выше свидетельство Гоголеву нотариусом выдано необоснованно. Ведь на наследование по завещанию правопреемство распространяется только на тот предмет наследства, который указан в самом завещании, так как универсального правопреемства при завещании чего-то конкретного не происходит.

Все остальное имущество, имущественные права и интеллектуальная собственность, не указанные в распоряжении завещателя (завещании), подлежат разделу в общем порядке в соответствии с требованием ГК о наследовании по закону и принципом универсальности правопреемства. Однако другие наследники Дианова в то время даже не были уведомлены об оформлении Гоголеву свидетельства о праве на наследство. Сами же они считали, что они и без того в силу фактического вступления во владение являются наследниками, что по нормам ГК РСФСР было вполне правомерным (ст. 546 и 557 ГК РСФСР). О том, что Гоголев является наследником Дианова, его дочь не знала вообще, а внучка узнала лишь после смерти Гоголева в 2004 г. В то же время единственной фактической (не юридической) наследницей Дианова является сегодня лишь внучка ученого М. Дианова-Шестова, поскольку ею было принято от своей матери Диановой (дочери профессора), умершей в 1996 г., все наследство ученого (имущество, имущественные и авторские права, книги, рукописи, черновики, записки, письма, дневники), и она ими реально владеет и распоряжается уже много лет.

Анализируя указанный довод, следует подчеркнуть следующее: дочь ученого Дианова умерла в 1996 г. Согласно завещанию, оставленному ее дочери М. Диановой-Шестовой, являющейся таким образом внучкой профессора, завещалось все имущество, принадлежащее Диановой, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось. Среди оставленного в наследство имущества, принадлежавшего Диановой, значилась квартира, рукописи ученого, его труды, картины, находившиеся в квартире умершей и у внучки.

После смерти матери Дианова-Шестова вступила в фактическое владение и управление указанными выше вещами наследодателя сразу же в день открытия наследства. После фактического вступления во владение она приняла меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств и притязаний третьих лиц, содержанию этого имущества за свой счет и производстве расходов по его содержанию, в т.ч. по квартирной плате, обеспечению нормального содержания этого имущества, соответствующего требованиям охраны исторических ценностей.

Таким образом, изложенными выше обстоятельствами подтверждается, что Диановой-Шестовой приняты в наследство имущество и имущественные права ее матери Диановой. Именно последней принадлежали вещи ее (Диановой-Шестовой) деда-профессора Дианова и которые она (наследодатель) ей завещала, о чем свидетельствует фактическое принятие во владение в день смерти матери и в месте открытия наследства (по месту хранения основного имущества в г. Москве) имущества и имущественных прав. Это обстоятельство свидетельствует о вступлении внучки профессора в реальное владение имуществом и имущественными правами, принадлежавшими его дочери, принятии мер по их сохранению, защите от посягательств, продвижению трудов ученого, защите и пропаганде доброго имени ученого и других ее действиях, связанных с владением, управлением, хранением и использованием наследственного имущества покойных. В данном случае Дианова-Шестова вправе подтвердить свои наследственные имущественные права. Здесь речь идет уже о другом предмете требований к нотариусу — вышеперечисленном имуществе профессора, доставшемся ей по наследству согласно завещанию от ее матери Диановой.

В соответствии с ч. 2 ст. 1153 и ч. 2. ст. 1162 ГК РФ и ст. 546 и 557 ГК РСФСР, действовавших на момент смерти наследодателя, в случае выявления после выдачи свидетельства о праве на наследство наследственного имущества, на которое такое свидетельство не было выдано, выдается дополнительное свидетельство о праве на наследство. В связи с вышеизложенным Дианова-Шестова может получить свои полномочия наследницы имущества профессора Дианова иным (указанным выше и более простым) путем, минуя длительную судебную процедуру обжалования состоявшихся к этому времени многочисленных судебных решений, вынесенных не в ее пользу, поскольку напрямую она наследницей своего деда не являлась. И таким образом вопрос о регистрации товарного знака с упоминанием имени Дианова и о запрещении использования имени ученого Гоголевыми может быть решен в рамках существующих требований наследственного права и Закона о товарных знаках.

В соответствии с ч. 2 ст. 29 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах» при наследовании авторского права не переходит по наследству право авторства, право на имя и право на защиту репутации автора произведения. Наследники автора вправе осуществить такую защиту указанных прав, если они кем-либо нарушаются. Однако здесь как Роспатентом, так и арбитражным судом нередко допускается, с одной стороны, расширительное толкование понятия «наследник» в применении к ст. 7 (абз. 4 п. 3) Закона о товарных знаках, в результате чего к таковым необоснованно относятся лица, к которым по наследству не переходит ни право на имя, ни право на защиту репутации автора. С другой стороны, допускается ограничительное толкование этого же понятия, поскольку слово «наследник» здесь берется в формальном понимании (т.е. из наличия соответствующих документальных подтверждений — свидетельства о праве на наследство) без учета других близких родственников, которые также могут являться наследниками в силу фактического вступления во владение наследством без оформления соответствующих документов о праве на наследство.

Вот и указание закона на «наследника» не позволяло при рассмотрении иска к обладателю права на имя Дианова считать Гоголевых наследниками профессора, поскольку наследство лишь на авторские права является ограниченным видом наследства и не порождает права пользования именем наследодателя. Таковое (право на имя автора, но не вообще на имя) может лишь защищаться наследником авторского права. В данном же случае право на имя автора Дианова заводом-производителем аппарата профессора не нарушалось, поскольку на идеи, методы, процессы, системы, способы, концепции, открытия и факты, которые использовал завод при производстве аппарата, законодательство об авторском праве не распространяется (см. п. 4 ст. 6 Закона об авторском праве). А использование (вообще) имени ученого (а не автора Дианова) было согласовано с его родственниками и отношения к авторскому праву, наследниками которого числились Гоголевы, отношения не имело.

Кроме того, Гоголев, а затем и его сыновья, злоупотребляя своими правами и ссылаясь на полученное свидетельство о праве на наследство, в Роспатенте, не спросив согласия единственной родственницы ученого и носительницы его фамилии, зарегистрировали товарный знак «Дианов» на огромное количество товаров, к изобретению и производству которых профессор совершенно никакого отношения не имел. Как считает внучка ученого, незаконным присвоением своим товарам имени ее деда, на что Гоголевы не имели никакого права, ими дискредитирована их фамилия и опорочено достоинство и память великого ученого, нарушены субъективные права Дианова и права родственников — носителей его фамилии.

Изложенное выше позволяет сделать вполне определенный вывод о том, что право на имя, как самостоятельный вид абсолютных гражданских прав на нематериальное благо, связанное с фамилией, именем конкретного человека (псевдонимом) или названием организации, его использованием и защитой, к авторскому праву, как и к другим исключительным правам, не имеет совершенно никакого отношения и с вопросами наследования не связано. В то же время авторское право, как предмет наследования, имеет некоторое отношение к праву на имя, поскольку право на имя является одним из составляющих авторского права. В этом плане решения Апелляционной палаты Роспатента и Арбитражного суда г. Москвы в пользу Гоголевых, на наш взгляд, были вынесены без учета указанного положения при неправильном применении закона и его расширительном толковании.

Таким образом, из вышесказанного можно заключить следующее.

Гоголев не мог быть наследником ученого в силу того, что ни имущество последнего, ни другие права ученого, в т.ч. неимущественные, ему никогда и никем не завещались. Завещание же личного имущества профессора в материалах гражданского дела отсутствует, а поэтому выданное нотариусом свидетельство о праве на наследство авторских прав профессора требует соответствующего расследования с точки зрения выявления возможного злоупотребления заинтересованных лиц.

Наследники авторских прав, если они не являются универсальными правопреемниками наследодателя, т.е. если они унаследовали только авторское право без имущества и других его имущественных прав, являются ограниченными наследниками, на которых не распространяются личные неимущественные права наследодателя, в т.ч. право на имя. В силу этого Гоголевы не имели права регистрировать свой товарный знак и запрещать использование такового знака заводом-производителем аппаратов, созданных по идее ученого.

В связи с этим очень важно рассмотреть вопрос о неопределенности толкования и применения некоторых положений закона о товарных знаках, в которых речь идет о правах наследников. В частности, в абз. 4 п. 3 ст. 7 Закона о товарных знаках содержалась норма, касающаяся столкновения некоторых личных неимущественных прав и прав на товарные знаки. Здесь речь в том числе и о праве на имя, праве на обозначение, производное от фамилии, и т.д., как и в исследуемом случае. Все личные неимущественные права принадлежат любому гражданину, а после его смерти эти права осуществляются и защищаются его наследниками. Но эти личные неимущественные права «сталкиваются» с правами на товарные знаки лишь в тех случаях, когда гражданин — владелец этих личных неимущественных прав известен на дату подачи заявки на товарный знак, а сама заявка на товарный знак подается иным лицом, причем без согласия владельца личных неимущественных прав — т.е. соответствующего гражданина или его наследников.

В описанном же случае Гоголев не являлся ни владельцем личных неимущественных прав Дианова, ни наследником ученого (как указано выше, он был наследником лишь его авторских прав и соответственно имущественных и неимущественных прав ученого, связанных только с авторским правом, и не более). Роспатент же и суд расширили сферу применения слова «наследник» на Гоголева, применив обобщенное наименование этого правового понятия и проигнорировав личные неимущественные права на имя «Дианов» родственницы ученого и носительницы этой же фамилии М. Диановой-Шестовой, которая по существу являлась единственной полной наследницей — своего рода опосредованным (через свою мать) правопреемником профессора. Хотя она на момент рассмотрения спора и не имела соответствующего документального подтверждения этого факта. Здесь достаточно было иных документов, которые подтверждали ее родство с Диановым.

Подобный подход двух различных по своему статусу, уровню подходов и другим критериям независимых друг от друга государственных структур (Роспатента и суда) свидетельствует о том, что закрепленная в абз. 4 п. 3 ст. 7 Закона о товарных знаках гражданско-правовая дефиниция «наследник» и содержащаяся в ней информация во всех случаях несет в себе некую возможную программу неверного поведения субъектов гражданских правоотношений и ориентирует их на воздержание от учета (игнорирование) личных неимущественных прав при использовании имени известных людей их близких родственников — носителей этого же имени.

В этом случае судебная практика вынуждена целиком полагаться на такой прецедент, который будет формировать судебные решения, исходя из названной выше неудачной формулировки в законе, других норм ГК РФ, Закона об авторском праве, собственной правоприменительной практики (не всегда правильной). Такая неопределенная формулировка создает условия для расширительного толкования закона судебными органами, злоупотребления полномочиями со стороны других правоприменителей, ущемления личных неимущественных прав других лиц, в т.ч. права на имя, защиту права на имя и репутации членов семьи и таким образом к их неправомерной ответственности, как в случае с заводом, с которого взыскано за использование имени «Дианов» в товарном знаке.

Эта неопределенность правового содержания рассматриваемых положений закона прежде всего противоречит общеправовым принципам юридической ответственности. Между тем еще в Постановлении Конституционного Суда РФ от 25.04.1995 был сформулирован основной подход к юридической ответственности — критерий определенности правовой нормы. Общеправовой критерий определенности, ясности, недвусмысленности нормы закона вытекает из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (ч. 1 ст. 19), поскольку такое равенство может быть обеспечено лишь при условии единообразного понимания и толкования нормы всеми правоприменителями. Неопределенность же содержания правовой нормы, напротив, допускает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения и неизбежно ведет к произволу, а, значит, к нарушению принципов равенства и верховенства закона. А потому глубинный, исходный смысл всех нарушений налоговых и правоохранительных органов по делам о данной категории налоговых преступлений необходимо будет искать прежде всего в самом законе и его неудачной конструкции.

Подобная неопределенность в законе может быть обжалована в Конституционном Суде Российской Федерации. Гражданин вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации лишь в том случае, если он полагает, что имеет место неопределенность в вопросе, соответствует ли Конституции Российской Федерации затрагивающий его права закон.

Как указано выше, Апелляционная палата Роспатента и Арбитражный суд г. Москвы, применяя в описанном выше деле ст. 7 Закона РФ «О товарных знаках. «, при регистрации обозначения в товарном знаке имени известного ученого под словом «наследник» понимали любого наследника, который имеет свидетельство о праве на наследство, независимо от объема его наследственных прав и наличия других лиц, которые носят ту же самую фамилию. По нашему же мнению, данная норма не соответствует Конституции Российской Федерации, а ее применение затрагивает конституционное право граждан и организаций. Следовательно, только подобной жалобой, если она будет подана и признана допустимой, возможно положительное разрешение поставленного вопроса о правомерности применения норм наследственного права в указанной выше части при использовании имени в обозначениях товаров или иных знаках индивидуализации, регистрируемых в установленном законом порядке. Как мы считаем, такое обращение должно повлечь за собой отмену состоявшихся решений в арбитражном суде и других судах, рассматривавших наследственные споры родственницы умершего ученого и завода-производителя, касающиеся авторских прав ученого.

Глава III. Проблемы правового регулирования наследования авторских прав в Российской Федерации

Наследование авторских прав урегулировано нормами третьей и четвертой частей Гражданского кодекса РФ. Их практическое применение выявило ряд проблем, связанных с пробелами и неточностями в законодательстве.

Наибольшее затруднение вызывают вопросы возникновения у наследников некоторых неимущественных и иных прав относительно входящих в наследственную массу произведений, автором которых является наследодатель. Отсутствие в законе прямых указаний о возможности перехода таких прав делает возможным различное толкование и применение положений закона, препятствует формированию единообразной правоприменительной практики.

Долгое время являлся дискуссионным вопрос о том, наследуется ли право на вознаграждение за служебные произведения, причитающееся работнику. Согласно точке зрения О.Ю.Шилохвоста право на вознаграждение возникает из трудовых правоотношений, связано с личностью автора и, соответственно, не наследуется. Противоположного мнения на этот счет придерживается Э.П. Гаврилов[33].

Точка в вопросе была поставлена после принятия Постановления Пленума Верховного Суда РФ от «О судебной практике по делам о наследовании», согласно под п. в) п. 91 которого «право на вознаграждение за служебные результаты интеллектуальной деятельности, причитающееся работнику — автору служебного произведения… переходит к его наследникам, поскольку договор между работодателем и работником, которым определяются размер, условия и порядок выплаты такого вознаграждения, по своему характеру является гражданско-правовым»[34]. Вышеуказанным постановлением Верховного Суда РФ были разъяснены и некоторые другие вопросы наследования интеллектуальных прав.

Одним из дискуссионных вопросов наследования авторских прав является вопрос о возможности перехода к наследникам автора-композитора права на вознаграждение за использование музыкального произведения. Согласно п. 3 ст. 1263 ГК РФ при публичном исполнении либо сообщении в эфир или по кабелю аудиовизуального произведения композитор, являющийся автором музыкального произведения (с текстом или без текста), использованного в аудиовизуальном произведении, сохраняет право на вознаграждение за указанные виды использования его музыкального произведения. Включение этого права в наследственную массу в отсутствие прямого указания закона зависит от его отнесения к категории имущественных прав автора.

Исследовательским центром частного права в Заключении по вопросам толкования и возможного применения отдельных положений части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации высказана следующая позиция:

«Право композитора на вознаграждение за использование музыкального произведения при публичном исполнении либо сообщении в эфир или по кабелю соответствующего аудиовизуального произведения, хотя прямо и не названо в законе исключительным, должно быть признано таковым в силу недвусмысленной оговорки законодателя в той же статье о том, что композитор «сохраняет право на вознаграждение».

Вопрос о сохранении противополагается, таким образом, отчуждению исключительного права лицу, создавшему аудиовизуальное произведение. Указание на сохранение какой-либо части (права на вознаграждение), несмотря на переход права (исключительного права) к другому лицу, означает, что такая часть входит в такое право как в целое. В пользу толкования
права на вознаграждение (п. 3 ст. 1263 ГК) как составной части исключительного права, которое, следовательно, переходит по наследству в силу прямого указания в пункте 1 ст. 1283 ГК, свидетельствует и п. 5 ст. 1229 ГК, где говорится о допустимом объеме ограничения исключительных прав. При этом право на вознаграждение упоминается в указанной норме как право, которое сохраняется в определенных случаях при ограничении исключительного права.

Следовательно, можно заключить, что раз право на вознаграждение может сохраняться при ограничении исключительного права, то такое право на вознаграждение не может быть ничем иным, как одним из элементов соответствующего исключительного права, одним из входящих в его состав правомочий»[35].

Таким образом, представляется, что предусмотренное п. 3 ст. 1263 Гражданского кодекса РФ право композитора на вознаграждение следует отнести к категории имущественных прав и, соответственно, оно должно переходить в порядке наследования. Однако отсутствие однозначно сформулированной позиции законодателя по данному вопросу оставляет поле для дискуссий ученых-юристов и может вызывать затруднения у правоприменителей при толковании спорной нормы.

В соответствии со статьей 1268 ГК РФ автору принадлежит право на обнародование своего произведения, то есть право осуществить действие или дать согласие на осуществление действия, которое впервые делает произведение доступным для всеобщего сведения путем его опубликования, публичного показа, публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю либо любым другим способом.

Произведение, не обнародованное при жизни автора, может быть обнародовано после его смерти лицом, которое обладает исключительным правом на произведение, если обнародование не противоречит воле автора произведения, определенно выраженной им в письменной форме (в завещании, письмах, дневниках и тому подобном).

Таким образом, право на обнародование следует за исключительным правом. Однако, при это можно также связано с личностью автора, поскольку воля автора должна учитываться при обнародовании произведения после его смерти.

С правом на обнародование тесно связано право на отзыв произведения, которое подразумевает отказ автора от ранее принятого решения сделать произведение доступным для всеобщего сведения. В случае если произведение уже обнародовано, автор также обязан публично оповестить о его отзыве. При этом автор вправе изъять из обращения ранее выпущенные экземпляры произведения, возместив причиненные таким изъятием убытки (ст. 1269 ГК РФ).

Вопрос о возможности перехода к наследнику права на отзыв произведения можно отнести к дискуссионным. Закон не дает однозначного ответа и не содержит прямого запрета на переход права на отзыв к наследникам автора, следовательно, должно применяться общее правило, согласно которому по наследству переходят имущественных права автора и не переходят права, неразрывно связанные с личностью наследодателя (ст. 1112 ГК РФ). Следовательно, для решения вопроса о возможности перехода права на отзыв к наследникам автора остается лишь определить, к какой из этих категорий следует отнести право на отзыв. Право на отзыв имеет общую правовую природу с правом на обнародование и является «противоположным» по отношению к нему. Также как и право на обнародование право на отзыв произведения, связано как с личностью автора, так и с исключительным правом на произведение.

Существуют различные точки зрения о наследовании права на отзыв. «Могут ли это сделать после смерти автора лица, обладающие исключительным правом на произведение, если отзыв не противоречит его воле, определенно выраженной им в письменной форме (в завещании, письмах, дневниках и тому подобном), из правил Кодекса неясно. Только в случае применения аналогии закона (ст. 1268 ГК РФ) мы можем дать утвердительный ответ, но применима ли здесь аналогия, однозначного решения опять-таки нет»[36].

Э.П. Гаврилов считает, что «поскольку оно тесно связано с правом на обнародование, его следует считать переходящим по наследству»[37].Согласно другой точке зрения, «только автор может совершать действия, направленные на отзыв произведения, если таковое уже было обнародовано»[38].

Представляется, что право на отзыв произведения должно принадлежать исключительно автору, который создал произведение своим творческим трудом. Только он должен иметь право принимать решение об отзыве своего произведения. Автор ясно выразил свою волю в отношении произведения путем его обнародования. Таким образом, отзыв произведения наследником будет противоречить воле автора, а также общественным интересам, поскольку сделает произведение менее доступным или полностью недоступным публике. Что касается художественной ценности произведения, представляется, что было бы неправильным предоставлять наследникам автора право производить ее окончательную оценку. Ведь, как известно, некоторые авторы получали общественное признание лишь по прошествии значительного времени после своей смерти.

Закон допускает обнародование произведения после смерти автора, только если это не противоречит его воле. Представляется, что в отношении права на отзыв должно действовать аналогичное правило. Для этого статью 1269 ГК РФ следует дополнить нормой, в соответствии с которой отзыв обнародованного произведения после смерти автора возможен, только если это соответствует воле автора произведения, которая была определенно
выражена им в письменной форме (в завещании, письмах, дневниках и тому подобном).

Отсутствие в законе подобной нормы делает возможным переход права на отзыв по наследству, что может привести к отзыву обнародованного произведения после смерти автора, вопреки его воле, которую он выразил, сделав свое произведение доступным для всеобщего сведения.

Еще одним правом, которое не может отчуждаться автором при жизни, является право на неприкосновенность произведения, в соответствии с которым «не допускается без согласия автора внесение в его произведение изменений, сокращений и дополнений, снабжение произведения при его использовании иллюстрациями, предисловием, послесловием, комментариями или какими бы то ни было пояснениями»(п. 1 ст. 1266 ГК РФ).

Затруднения могут возникнуть при попытке разграничить право на неприкосновенность произведения и право на переработку. В совместном постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняется, что право на неприкосновенность произведения «касается таких изменений произведения, которые не связаны с созданием нового произведения на основе имеющегося. Соответствующие изменения допускаются с согласия автора (или иного лица в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 1 статьи 1266 Кодекса), которое должно быть определенно выражено. При отсутствии доказательств того, что согласие было определенно выражено, оно не считается полученным»[39].

Право на неприкосновенность произведения, как и право на обнародование, не может быть передано автором другим лицам, однако следует за имущественным правом. «При использовании произведения после смерти автора лицо, обладающее исключительным правом на произведение, вправе разрешить внесение в произведение изменений, сокращений или дополнений при условии, что этим не искажается замысел автора и не нарушается целостность восприятия произведения и это не противоречит воле автора, определенно выраженной им в завещании, письмах, дневниках или иной письменной форме»(п. 1 ст. 1266 ГК РФ).

Наряду с правом на неприкосновенность в законе закреплено право автора требовать защиты своей чести, достоинства или деловой репутации в порядке, предусмотренном статьей 152 ГК РФ, если они порочатся внесенными в произведение изменениями. Защита чести и достоинства автора по требованию заинтересованных лиц допускается и после смерти автора. Заинтересованными лицами могут являться, в том числе наследники и иные родственники автора произведения. В отличие от права на неприкосновенность защита чести, достоинства и деловой репутации не связана с исключительным правом. Исходя из положений законодательства, такие требования могут предъявляться к любому лицу, в том числе к обладателю исключительного права на произведение. Единое мнение о том, переходит к наследникам право на неприкосновенность произведения или же им принадлежит только право осуществлять защиту чести и достоинства наследодателя, отсутствует. Представляется, что верной является вторая точка зрения, поскольку в данном случае заинтересованными лицами, в том числе наследниками осуществляется защита личных неимущественных прав умершего автора.

В соответствии со статьей 1112 ГК РФ в состав наследства входят, в том числе имущественные права и обязанности. Права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя в наследство не входят. Согласно статье 1226 ГК РФ интеллектуальные права включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом РФ, также личные неимущественные права и иные права. Вопросы о том, насколько то или иное право из категории «иных» связано с личностью наследодателя до сих пор вызывают дискуссии ученых-юристов, поскольку закон не содержит ни определения понятия неразрывной связи права с личностью завещателя, никакого-либо перечня таких прав. Например, Э.П. Гаврилов считает, что «интеллектуальные права для целей наследственного права надо разделить на:

исключительные права и неразрывно связанные с ними другие имущественные и личные права, а также иные имущественные права;

личные неимущественные права»[40].

Применение предложенной классификации является более предпочтительным при наследовании авторских прав, так как помогает избежать правовой неопределенности при решении вопроса о переходе того или иного авторского права в порядке наследования. Представляется целесообразным включить нормы, регулирующие наследование интеллектуальных прав, в главу 65 Гражданского кодекса РФ, посвященную наследованию отдельных видов имущества. Регламентирование различных аспектов перехода в порядке наследования авторских прав позволит на законодательном уровне разрешить спорные вопросы наследования авторских прав, в частности: переход по наследству права на вознаграждение за использование служебного произведения, права на отзыв произведения, а также права композитора, на получение вознаграждения за использования его произведения при публичном исполнении либо сообщении в эфир или по кабелю в составе аудиовизуального произведения.

Принятие норм, регламентирующих наследование авторских прав, устранит существующие в этой сфере проблемы правового регулирования, позволит избежать различного толкования и применения положений закона нотариусами и судебными органами, а также будет способствовать защите прав и законных интересов наследников при наличии в составе наследственного имущества авторских прав.

Заключение

Выпускная квалификационная работа посвящена наследованию авторских прав. Переход авторских прав на произведение в порядке наследования регулируется нормами сразу нескольких институтов гражданского права: наследственного и авторского права. Часть третьей Гражданского кодекса РФ подробно регламентирует вопросы наследования. При этом в законе практически отсутствуют нормы, непосредственно регулирующие переход в порядке наследования авторских прав.

Статья 1112 Гражданского кодекса РФ устанавливает, что в состав наследства входят вещи и иное имущество, принадлежавшее наследодателю включая имущественные права и обязанности. Неимущественные права и обязанности, которые неразрывно связаны с личностью наследодателя, не входят в состав наследства.

Автору произведения принадлежит комплекс имущественных, личных неимущественных и иных прав. К основным правам автора относятся: исключительное право на произведение, право авторства, право на имя, право на неприкосновенность произведения, право на обнародование. В предусмотренных законом случаях автору принадлежит ряд других прав, в том числе право на вознаграждение за использование служебного произведения, право на отзыв, право следования, право доступа к произведениям изобразительного искусства (ст. 1255 ГК РФ).

Часть перечисленных прав нельзя однозначно отнести к категории имущественных или неимущественных. В связи с этим возможность перехода по наследству некоторых авторских прав вызывает дискуссии среди ученых-юристов, поскольку в законе отсутствую прямые указания на этот счет.

При наследовании исключительных прав у наследников могут возникать некоторые неимущественные права, принадлежавшие автору, в том числе такие, отчуждение которых при его жизни не допускалось. К таким правам относится право разрешать внесение в произведение изменений, сокращений или дополнений, право на обнародование произведения, не обнародованного при жизни автора. Наследник, как заинтересованное лицо, может осуществлять защиту чести и достоинства автора после его смерти. Передача отдельных неимущественных прав автора его наследникам позволяет защитить произведение от неблагоприятных изменений и искажений, а также честь и достоинство самого автора после его смерти.

Однако в законодательстве о наследовании авторских прав по-прежнему присутствуют некоторые пробелы. На сегодняшний день остается спорным вопрос о переходе по наследству права автора-композитора на вознаграждение за использование музыкального произведения при публичном исполнении либо сообщении в эфир или по кабелю соответствующего аудиовизуального произведения. Учеными также высказываются различные мнения по поводу возможности перехода к наследникам автора права на отзыв произведения.

Представляется, что для устранения правовой неопределенности необходимо сформулировать и включить нормы, регулирующие наследование интеллектуальных прав в главу 65 Гражданского кодекса РФ, посвященную наследованию отдельных видов имущества. Для целей наследственного права имеет смысл применить иную классификацию интеллектуальных прав, например, предложенную Э.П. Гавриловым, согласно которой интеллектуальные права следует «разделить на

исключительные права и неразрывно связанные с ними другие имущественные и личные права, а также иные имущественные права;

личные неимущественные права»[42].

Также необходимо законодательно урегулировать вопросы перехода в порядке наследования некоторых авторских прав, таких как право на вознаграждение за использование служебного произведения, право на отзыв произведения, а также право композитора, на получение вознаграждения за использования его произведения при публичном исполнении либо сообщении в эфир или по кабелю в составе аудиовизуального произведения.

В отношении права на отзыв представляется, что статью 1269 ГК РФ следует дополнить нормой, в соответствии с которой отзыв обнародованного произведения после смерти автора возможен, только если это соответствует воле автора произведения, которая была определенно выражена им в письменной форме (в завещании, письмах, дневниках и тому подобном).

Включение предложенных норм в Гражданский кодекс РФ позволит ликвидировать пробелы в правовом регулировании наследования авторского права, регламентировать спорные вопросы наследования авторских прав и сформировать единую правоприменительную практику.

Статья написана по материалам сайтов: pandia.ru, wiselawyer.ru, lektsii.net.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector
Читайте также:

  1. I. Обоснование соответствия решаемой проблемы и целей Программы приоритетным задачам социально-экономического развития Российской Федерации
  2. I. Связь с Трудовым кодексом Российской Федерации. Общие требования
  3. I. Система воспитания военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации
  4. I. Система социального регулирования общественных отношений.
  5. I. Система социального регулирования общественных отношений.
  6. I. Сущность общественного мнения, его характеристики и проблемы изучения.
  7. II. Обоснование целесообразности решения проблемы программно-целевым методом
  8. II. Современная ситуация в Российской Федерации, связанная со злоупотреблением алкогольной продукцией
  9. II. Современный мир и внешняя политика Российской Федерации
  10. II. Современный мир и внешняя политика Российской Федерации