+7 (499) 938-69-47  Москва

+7 (812) 467-45-73  Санкт-Петербург

8 (800) 511-49-68  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Гарри поттер и истинный наследник 2019 год

Приношу свои извенения за столь длительную задержку главы. Следующая глава только после Нового года. Читаем,и обязательно оставляем комментарии,они всегда очень важны для автора.
_____________________________________________________

Some of them want to use you
Some of them want to get used by you
Some of them want to abuse you
Some of them want to be abused
ПЕРЕВОД:
Некоторые из них хотят использовать тебя,
Некоторые из них хотят, чтобы ты использовал их.
Некоторые из них хотят обидеть тебя,
Некоторые из них хотят, чтобы обидели их.

(Emily Browning – Sweet Dreams)

Стоило только Слизеринцу скрыться из видимости её, переполненных слезами, карих глаз, Гермиона стала быстро собирать все свои вещи в сумку. Засунув пергамент, перья и несколько книг в, и без того уже полную, школьную сумку, девушка быстро выбежала из библиотеки.
—Никогда не переставай верить . верь, просто верь … И да, Грейнджер, держись как можно дальше от Фроин!» — слова Малфоя все время крутились в её голове. Что это все значит? Что он имел ввиду, когда говорил держаться подальше от Беллы? И во что она должна не переставать верить? Эти вопросы не давали покоя Гермионе, ей нужны были ответы, а ответы дать ей может только этот Слизеринец. Дыхание Гермионы участилось, на долю секунды ей даже стало трудно дышать. Облокотившись об холодную стену замка, девушка сползла вниз, согнув ноги в коленях и обхватив руками голову, Гермиона опустила её на ноги.
«Зачем он это делает? Зачем он издевается надо мной? Он ведь знает о моих чувствах и продолжает издеваться надо мной. Как я тебя ненавижу за это, Малфой … ненавижу, слышишь?» — мысленно кричала Грейнджер, — «Будь ты проклят Малфой, ты и вся твоя чистокровная семейка», — сделав последний всхлип, Гермиона еще несколько минут неподвижно сидела, после чего она медленно поднялась с холодного, пропитанного влажностью, пола, вытерла своё опухшее, заплаканное лицо рукавом белой блузки, и неохотно направилась в сторону Гриффиндорской башни. Девушка не торопилась к своим друзьям, которые уже наверное беспокоились за нее, она сейчас не хотела слушать их веселые разговоры, видеть их улыбки. Ничего из того, что ждало её в той башне, Гермиона не хотела ощущать на себе, она не хотела и не желала вновь из-за Малфоя срываться на ни в чем не повинном Гарри с Роном. Медленными шагами юная ведьма шла в сторону гостиной Гриффиндора, каждый шаг отдавался в голове невыносимой болью, даже казалось, что голова вот-вот взорвется. Не так Грейнджер представляла свой первый учебный день в этом году, все буквально все шло не так, как хотела Гриффиндорка. Мало того, что Фроин, почти, обошла ее по зельям, так еще Гарри и Рон, на уроке по Уходу за Магическими Существами, чуть не устроили побоище с Малфоем. Только потому, что этот Слизеринский хорек решив показать себя во всей красе, кидал в сторону Хагрида оскорбления и умудрялся делать это так, чтобы великан ничего этого не слышал. И плюс ко всему, Малфой решил поиздеваться над ней, застав ее совершенно одну в библиотеке. И только сейчас Гермиона поняла, что она завидовала Малфою. Именно завидовала, потому что этот хорек мог запросто надеть маску безразличия, спрятав где-то глубоко в себе все свои чувства. Как же она сейчас хотела сделать то же самое, но единственное, что её останавливало, так это то, что она, Гермиона Грейнджер, а не Драко Малфой. Она не станет прятать свои чувства, где-то далеко, как это делает самоуверенный Слизеринец. Нет! Она выше этого. Гриффиндорка была так сильно погружена в свои раздумья, что даже не заметила, как оказалась около портрета Полной Дамы.
— Ты выглядишь не очень-то хорошо, дорогая, — голос женщины из портрета заставил Гермиону вздрогнуть.
Действительно, внешность Грейнджер сейчас была не айс. Гриффиндорка только сейчас заметила на своих запястьях покраснения, оставшиеся от сильных рук Малфоя, когда тот сжимал ее руки, чтобы она не смогла ничего сделать.
«Удивительно, как я раньше не замечала это?» — подумала про себя Гермиона, и натянув рукава белой блузки так, чтобы покраснений не было видно, произнесла пароль и не спеша вошла во внутрь проема, сразу же оказавшись в светлой гостиной. Как девушка и предполагала, Гарри и Рон сидели напротив камина, возле них лежала волшебная шахматная доска, а рядом с ней несколько шахматных фигурок, парни о чем-то весело беседовали. И это определенно радовало Гермиону, хоть её лучшие друзья проводят вечер в дружеской обстановке. Сделав глубокий вздох, девушка села на кресло рядом с ними. Парни так были увлечены беседой, что даже не заметили свою подругу, наблюдавшую за ними уже несколько минут.
***
После того как Гермиона решила провести остаток вечера в библиотеке, Гарри, Рон и Белла вместе направились в свою гостиную. Мальчик-Который-Выжил старался идти, как можно ближе к Белле. Хотя Поттер на четвертом курсе и осмелился пригласить девушку на Святочный Бал, то сейчас брюнет просто не представлял, как завязать разговор с Фроин. Стоило только Белладонне посмотреть в его сторону, так Гарри сразу же терял дар речи. Сглотнув он все таки решился поговорить с девушкой.
— Белл, ты уже решила, пойдешь ли ты на ужин к Слизнорту?
— Я даже еще и не думала об этом, — спокойно ответила Белла, пропуская Рона вперед, чтобы рыжеволосый произнес пароль, — А ты хочешь составить мне компанию на этот вечер? — хихихнув спросила девушка, наблюдая, как брюнет в растерянности ищет, что ответить.
— Я. я . — замешкался парень, —..не.. —так и не найдя что ответить Белле, Гарри почесал затылок.
Беллу забавляло такое поведение Поттера, в таком состояние он казался девушке милым, и наследница даже на несколько секунд забывала про то, что перед ней самый ненавистный человек для её отца. Войдя в гостиную факультета Гриффиндор, Белла с Гарри удобно расположились на мягком диване. Рон направился наверх, за шахматами. Уизли все таки удалось уговорить друга сыграть с ним несколько партий, он рассчитывал выиграть Гарри потому что являлся чемпионом Хогвартса по этой игре.
— Ты очень хорошо разбираешься в зельях. Почему ты не рассказывала про это? — набравшись духу, Гарри все-таки решил продолжить беседу, завязавшуюся еще на лестнице.
— Ну, знаешь, не хотела показаться хвастливой. Надо было наверное рассказать, а то я заметила, что Гермиона на зельеварении готова была меня придушить, — на лице Беллы появилась улыбка, которую она сразу же подарила сидящему рядом с ней новому другу.
— С чего ты это решила? Я много лет знаю Гермиону, она даже не способна на подобную жестокость.
— Только не говори, что ты не видел, как она на меня смотрела, — заметила Белла, продолжая смотреть на Гарри, который уже не знал как скрыть свою смущенность, — Я уже подумала, что она прямо на глазах у всех на меня набросится.
— Понимаешь, Гермиона очень помешана на уроках, и за все время учебы в Хогвартсе никто не мог, как ты, сравниться с ней в области ума.
— Это можно считать за комплимент? — Белладонна сразу же заметила, как Герой Хогвартса залился краской. Она не могла поверить, что тот, кто много раз смотрел смерти в лицо, сейчас отводит от нее смущенный взгляд.
Только Мальчик-Который-Выжил собрался с духом и хотел ответить на вопрос своей сокурсницы, заставивший его смутиться, как их идиллию нарушили крики студентов львиного факультета. Буквально через минуту, пустая гостиная, находившаяся в полном распоряжение Беллы и Гарри, заполнилась бурными Гриффиндорцами.
— Вы видели выражения лиц Булстроуд и Паркинсон? — со смехом выкрикнул МаклаГен, и все Гриффиндорцы залились смехом.
Белла с Гарри с любопытством наблюдали за всем происходящим, видно им троим, не удалось застать тот момент, который стал главной темой обсуждения на этот вечер у львят.
— Гарри, — к Поттеру подсела Джинни, рыжеволосой девушке явно не нравилось, что Гарри проводит время с новенькой студенткой, — Зря вы так рано ушли, вы пропустили весьма смешной спектакль, устроенный Слизеринцами!
— Расскажи, что все-таки произошло. Из-за чего вся эта шумиха? — спросил Гарри.
Но Дин прервал их милую беседу.
— Джин, давай не будем мешать этим двоим, им сейчас наверно не до нас. Лучше пойдем, Лаванда решила устроить небольшую вечеринку в честь начала учебного года. Гарри, ты ведь не против? — брюнет замотал головой, и приставучий Гриффиндорец потащил мелкую Уизли наверх, тем самым чуть не сбив спускающегося Рона, который нес шахматы.
— Куда это они? —спросил рыжеволосый Уизли, удобно располагаясь на мягком ковре возле камина, в котором языки пламени кружились в танце и изредка издавали звук потрескивающих поленьев.
— На вечеринку, — пожав плечами, ответил Гарри, занимая место напротив друга, — Белла, не хочешь потом сыиграть одну партию с победителем?
Новая Гриффиндорка отрицательно замотала головой.
— Я лучше понаблюдаю, — забравшись на оранжево-красный диван, и положив к себе на коленки подушку, девушка стала внимательно наблюдать за Мальчиком-Который-Выжил. В душе наследницы появилась непонятная легкость, ей даже показалось, что именно такого момента не хватало в её жизни.
— Да, посмотри, как я сейчас в два счета обыграю, знаменитого Гарри Поттера!
Расставив все шахматы по местам, игра, которую так ждал Рон, наконец началась.
— Пешка на Е4, —проговорил Гарри, и белая шахматная фигурка самостоятельно двинулась на заданное место.
— Гарри, ты определился, кто будет вратарем в этом году? — вопрос друга, брюнета ни капельки не удивил, наоборот все стало на свои места. После того, как Мальчик-Который-Выжил стал капитаном команды Гриффиндора, на его голову пал вопрос о выборе нового вратаря. Претендентами на это заветное место были МаклаГен и Уизли.
— Еще нет. Сначала нужно провести тренировку и посмотреть, кто из вас лучше справляется с ролью вратаря. — уверенно произнес Гарри, как будто заранее знал, что рано или поздно ему придется отвечать на подобный вопрос одному из претендентов, жаждущих занять это место.
В этом году Гриффиндорцы собирались завоевать Кубок по квиддичу, и единственные соперники, которых стоило остерегаться, были Слизеринцы. Драко Малфой, капитан и ловец команды Слизерина, пойдет на все, чтобы победить высокомерных Гриффиндорцев и забрать кубок.
Поттер и Уизли завели свою беседу о предстоящей первой игре против Слизерина. Они обсуждали планы тренировок не отвлекаясь от игры, которую Гарри по-видимому проиграет, это Белла поняла, когда белых фигурок на доске становилось меньше, чем черных. На самом деле ей уже наскучило, наблюдать и слушать, как парни, которые явно забыли о ее существовании, то и дело болтают о предстоящей игре. Зевнув, и мельком посмотрев на Гарри, Гриффиндорка тихо покинула гостиную, оставив Поттера и Уизли, одних.
Услышав, как дверь портрета захлопнулась, Гарри тут же сглотнул. За все время, что Белладонна провела с ними, староста Гриффиндора никак не мог сосредоточиться ни на разговоре с другом, ни на шахматах. Гарри ощущал на себе теплый взгляд новой подруги, а запах лаванды исходящий от ее волос опьянял его. Он старался не смотреть в сторону Фроин, но соблазн был велик, и только когда девушка по каким-то загадочным обстоятельствам покинула гостиную, при этом ничего не сказав, брюнет смог свободно вздохнуть и расслабиться.
— Почему ты ей не скажешь? — видно, что рыжеволосый Уизли все-таки заметил, как его друг постоянно напрягается, когда рядом находиться Белла.
— Скажешь, что? И ты о чем вообще? — Гарри старался не подавать виду, что понимает, о чем говорит его друг, но он пока не собирался говорить с Роном на тему, касающихся его чувств к Белле, потому что сам еще не понимал, что именно он чувствует к ней.
Уизли сделал решающий шаг, принесший ему победу в этой партии.
— Шах и мат, — зааплодировал сам себе Рон, и его губы растянулись в улыбке. Уизли так и так знал, что выиграет, но порадоваться в своей очередной победе он просто не мог себе отказать.
— Гарри, — успокоившись, и расставляя фигурки для новой партии, Гриффиндорец обратился к другу, — Ты можешь отрекаться сколько угодно, но я-то вижу. Да что я, все уже наверно заметили, особенно на зельях, как ты пялился на Беллу! Ты явно увлекся ею.
Поттер был ошеломлен такому заявлению со стороны друга. Да, Белла ему нравилась, ну и что, что они были знакомы всего два дня, и пусть он знает о ней совсем немного, но впереди у них еще целый год, будет еще время узнать друг о друге, поговорить обо всем, а там, кто знает, что судьба уготовила ему и ей, может им уготовлена одна дорога, по которой они пойдут вместе. Почесав затылок, Гарри невольно улыбнулся.
— Ну и что? Ты тоже не сводишь глаз с Гермионы, но я же не упрекаю тебя в этом!
— Упрекаю?! Да я даже не думал тебя упрекать в этом, —нахмурив брови, и приняв вид обиженного мальчика, буркнул Рон, — Гермиону я семь лет уже знаю, и имею полное право «не сводить с нее глаз»! Может я просто не могу на нее наглядеться? — пробурчал себе под нос рыжий Уизли.
— Конь на С3, — проговорил Гарри, и уже черная фигурка коня передвинулась на заданное место, — Рон, Белла милая, красивая и умная девушка, просто … вы с Гермионой постоянно рискуете своими жизнями помогая мне. И каждый день просыпаясь, меня охватывает страх потерять вас, — Мальчик-Который-Выжил замолчал, вспомнив, как на четвертом курсе, на Турнире Трех Волшебников, Волан-де-Морт убил на глазах Гарри Седрика Дриггори, только потому, что тот оказался там, где не должен был находиться.
И теперь, староста факультета, каждое утро просыпается с мыслю, лишь бы этот день не стал последним для его близких друзей. Он просто не сможет себе простить если с Роном или Гермионой, что-нибудь случиться по его вине. А после появления Белладонны, этот страх усилился. Гарри сам не мог понять почему, но он не мог позволить этой невинной девушке страдать за то, что уготовила судьба Знаменитому Гарри Поттеру.
— Я не могу взять под ответственность еще одну жизнь, Рон. Не могу! — наконец закончил Гарри.
—Значит, тебя можно считать нашим, с Герм, опекуном?
Выражения лица Гарри приняло вид, будто бы его заставили снова выпить зелья для срастания костей. Он тут старается объяснить другу причину своего страха, а Рон опять все переводит в глупую шутку. Но с другой стороны, такие нелепые фразы Уизли помогали Золотому Трио в трудные для них времена. Когда на друзей опускались мрачные времена, глупые и смешные разговоры рыжего парнишки помогали пролить луч света и подарить, хоть и маленькую, но улыбку.
— Гарри, я и Гермиона добровольно выбрали идти за тобой, куда бы ты ни отправился. И твоего разрешения мы спрашивать не собираемся, — похлопав друга по спине, Рон принялся внимательно высматривать, как бы ему сделать ход, чтобы и в этой партии победа была за ним.
— Знаю, знаю, — про себя проговорил Гарри, не сводя со своего друга беспокойного взгляда, который что-то недовольно бурчал себе под нос. Наверно это все из-за того, что тому не удавалось найти победный ход. А проигрывать рыжий Уизли не собирался. Увидев, что лучший друг отвлекся от игры и стал внимательно всматриваться в каминное пламя, Рон не заметно стащил у него черного ферзя. Спрятав украденную, наглым образом, шахматную фигурку, Гриффиндорец указал белой королеве встать на место ферзя. До победы Рону оставалось всего два хода и тогда, он сможет поставить свой долгожданный «Шах и Мат».
— А ты пригласи Беллу прогуляться. Узнаешь её поближе и за раз покажешь ей окрестности Хогвартса, — слова друга вернули Поттера, летающего где-то глубоко в своих мыслях, обратно в гостиную.
— С каких это пор ты стал разбираться, как нужно вести себя с девушками? — Гарри заметил, как его друг покраснел и стал с любопытством наблюдать за тем, как глаза рыжеволосого друга забегали по гостиной. Гарри сразу узнал такое поведение Рональда Уизли. Парень так себя обычно вел, когда решался «блеснуть» своими знаниями, хотя на самом деле ни малейшего понятия об этом не имел.
— Да я всегда разбирался в девушках! Странно, что ты этого не замечал раньше, — ответил рыжий Гриффиндорец, при этом растягивая каждое слово. Если это был обманный маневр, чтобы обвести вокруг пальца знаменитого Гарри Поттера, то Уизли это не удалось. Мальчик-Который-Выжил сразу же вспомнил как Рон попытался пригласить Флер Даллакур на Святочный Бал, а девушка ему отказала. И сейчас, сидящий напротив Гарри «дамский угодник», заливает ему, что он отлично разбирается в отношениях с девушками? Поттер мог бы поверить ему, если бы не знал друга, как свои пять пальцев. Гарри скептически выгнул бровь, смотря из-за оправ своих круглых очков пристальным взглядом, будто бы пытается просмотреть сквозь друга противоположную стену.
— Что? — спросил Рон, почесав затылок, — Ну, может я и не разбираюсь в девушках, но летом я слышал в «Норе», как Джинни разговаривала на подобную тему с одной из своих подруг. Девчонкам нравятся такие ухаживания, типа совместных прогулок.
Брюнет, схватившись за живот, залился смехом.
— Рон, неужели тебе до такой степени было нечем заняться, что ты решил подслушивать разговор своей сестры? — староста Гриффиндора старался говорить более внятно, но от смеха его слова были похожи на бред сумасшедшего.
Немного придя в себя, Гарри поймал на себе недовольный взгляд Рона, но спустя буквально несколько секунд, обиженный Уизли засветился от счастья. Сейчас он был похож на маленького ребенка, которому купили долгожданную конфету.
— И снова Рон Уизли победил знаменитого Гарри Поттера, — ложась на спину, и кладя руки себе под голову, Рон предвкушал весь вкус выигранной партии. Парню наверно было все равно, что выиграл нечестно, но его радость длилась не долго.
—Прежде чем праздновать свою победу, верни украденного черного ферзя на место, Рон, — заявление друга заставило Уизли резко подняться и уставиться на него, скептически удивленным взглядом. Как? Как он это мог заметить? У него, что третий глаз на затылке?
— О чем … это … — замялся Рон, — … ты?
— Я вот об этом, — Гарри достал палочку и взмахнул ею, — Акцио черный ферзь! — через миг, из кармана брюк Уизли, вылетела маленькая шахматная фигурка, которая сразу же оказалась в руке брюнета. Глаза рыжего Гриффиндорца забегали по комнате, лицо залилось краской, так что теперешний цвет лица парня сливалось с цветом его волос.
— Неужели для победы тебе приходиться обворовывать фигуры играющего с тобой друга? — вертя фигуркой в руке, спросил Поттер, — Или ты думал, что я не замечу?
— Я был уверен, что ты этого не заметишь. В прошлой партии ты ведь не заметил пропажу своего коня … — Рон прикусил язык, поняв, что проговорился. Теперь Уизли внимательно наблюдал, как меняется выражение лица, сидящего напротив себя, друга. Мальчик-Который-Выжил просто не мог сдержать, переполняющего его смеха. Через секунду в тихой гостиной раздался смех зеленоглазого парнишки. Рон, который не понял, что же все-таки вызвало такой бурный смех друга, недолго думая засмеялся вместе с Гарри. Что не говори, но пусть лучше все думают, что они двоя с ума сошли, чем то, что Чемпион Хогвартса по Волшебным шахматам только-что нечестно выиграл две партии подряд. А точнее было бы сказать, что он только-что два раза подряд проиграл две партии Гарри Поттеру.
Надрывая животы от смеха, двое друзей даже не заметили, что за ними наблюдают. Они наверное даже не обратили бы внимания, на сидевшую в кресле Гермиону, если бы она не бросила в рыжего парнишку подушкой.
— Эй …— Рон потер щеку, куда только что попала мягкая подушка, и посмотрел на хихикувшую девушку, — Гермиона?!
Прекратив смеяться, Гарри и Рон посмотрели на подругу.
— Над чем это вы так смеялись? — согнув ноги в коленях, и удобнее устроившись на кресле, спросила Грейнджер.
На самом деле девушка была уверена, что причина такого веселья вновь послужила какая-нибудь нелепая шуточка Рона. Как же Гермионе не хватало тех дней, когда она беззаботно устроившись возле камина, сидела вместе с друзьями и просто разговаривала, шутила.
— Рон просто показывал мастер-класс в шахматы, — и снова Гарри не смог сдержать смех. Парень прикрыл рот рукой, чтобы опять не рассмеяться. Гермиона обвела друзей подозрительным взглядом.
«Что-то тут не так …»
— А ты закончила эссе по зельям? — поинтересовался Уизли, пересаживаясь с пола на диван.
— Что? — с широко раскрытыми, от удивления, глазами посмотрев на сокурсника, переспросила Гермиона.
Поттер и Уизли переглянулись.
— Ты ведь сегодня собиралась сделать всю работу по зельям, ты что забыла? — брюнет пристально смотрел на Гриффиндорку, которая явно терялась в ответе.
«Кошмар, — подумала Гермиона, — из-за этого Слизеринского хорька, я совсем забыла про эссе. Хорошо, что хоть книгу прихватила с собой».
Гермиона всегда ответственно относилась к выполнению заданной работе, а к этому эссе по зельям, девушка просто обязана отнестись более чем серьезно. От этой работы зависела её репутация «Лучшей ученицы Хогвартса» и она просто была обязана выполнить её лучше всех. Обязана! Чего бы ей этого не стоило! А Малфой, как всегда все испортил. Наверно у этого самодовольного аристократа такой принцип, добиться своего любыми путями.
— Я решила написать её тут, — Гриффиндорка достала из сумки толстую книгу, — и побыть рядом с вами. Убить, так сказать, двух зайцев сразу.
Рон захлопал глазами. Парень не понимал маггловских выражений, которые его подруга иногда употребляла в своих выражениях, а Гарри напротив, обрадовался такому решению Гермионы. Друзьям просто необходимо было побыть вместе, так сказать воссоединить Золотое Трио, которое в последнее время стало распадаться.
— Гермиона, — проведя рукой по своим темным волосам, Гарри обратился к Гермионе, которая с любопытством листала книгу в сером переплете, — Когда ты возвращалась из библиотеки, ты случайно не видела Беллу?
Грейнджер оторвалась от учебника и уставилась на старосту Гриффиндора.
— Нет, — растянув ответ, Гермиона посмотрела на Рона, а потом опять на Гарри. В зеленых глазах брюнета девушка заметила тревогу.
***
Довольная тем, что Тайная Комната вновь открыта, Белладонна спустилась в темную пещеру.
— Lumos, — и слабый огонек появился на конце палочки, которую Фроин сильно сжала в руке, дабы не уронить единственный источник света.
Белла старалась идти медленно, дорогу перегораживали огромные камни. Один неверный шаг и месяц в Больничном крыле с переломом ноги, девушке был бы точно обеспечен, а этого наследница никак не могла допустить. Сжав своей руке палочку, хотя толку от нее было мало, заклинание освещало лишь несколько сантиметров расстояния от Беллы, Гриффиндрке приходилось прищуриваться, чтобы разглядеть что-либо. Девушке приходилось ориентироваться на ощупь. Камни были сырые, и скользкие. А под ногами были целые лужи, образовавшиеся от капающей, с потолка пещеры, воды. Пройдя несколько метров, девушка приложила свою руку к очередному булыжнику для передышки, но на этот раз камень не был сырым или скользким, а наоборот. Нежная рука Гриффиндорки очутилась на непонятной, для нее, поверхности. На ощупь она была похожа на жесткую, грубую ткань. Поднеся палочку ближе, к непонятному объекту, Белла вздрогнула от увидевшего: Чешуйчатая, двух метровая кожа огромной змеи расположилась вдоль камней, заполнив своей длиной почти всю темную пещеру. Переведя дух и поправив темные волосы, которые лезли в глаза, Фроин продолжила свой путь к своей цели, по крайней мере, дорога сейчас была куда проще. Сброшенная кожа змеи не давала шанса Гриффиндорке сбиться с намеченного пути. Но от этого, так называемое «небольшое приключение» Белладонны, обернулось незначительными травмами. Вся её левая ладонь была в царапинах, которые в свою очередь стали очень сильно нарывать, от чего ладонь девушки приобрела вид, будто к ней приложили раскаленную сковородку. Не обращая на боль никакого внимания, упрямая наследница, наконец, вышла из, пропитанной сыростью, каменной пещеры. Перед глазами девушки появилась круглая дверь, которая была закрыта при помощи семи змей.
— Я приказываю тебе открыться, — прошипела на парселтанге Белладонна.
Из угла двери появилась змея, издав противный, скрежущий, металлический звук. Она быстро проползла круг, при этом заставив других змей, которые не позволяли двери открыться, убрать свои головы.
Дверь открылась. За ней находилась помещение напоминающее трубу канализации. Зайдя во внутрь, Гриффиндорка очутилась в тоннели, глубоко вздохнув, девушка направилась прямо в глубь тоннеля, где виднелась некая комната. Белла еще никогда тут не была и идти в неизвестность у нее не было ни малейшего желания. Она слышала, как на втором курсе знаменитый Гарри Поттер бывал здесь со своим другом Уизли и профессором Локонсом, чтобы спасти Джинни. Наконец, миновав тоннель, девушке казалось, что он никогда не кончится. Белла очутилась в тускло освещенной комнате. Девушка направилась вперед, каждый шаг отзывался эхом, подол мантии волшебницы был мокрый от воды. Фроин даже показалось, что огромные статуи змей, которые были расположены вдоль дороги ведущей к огромной, каменной голове Салазара Слизерина, следят за ней своими темными глазищами.
Посередине комнаты лежали останки знаменитого Василиска.
«Ах, Поттер, ты убил ручного зверька папочки. Печально. Очень печально.» — вспоминала Белладонна, как пять лет назад, Поттер, для спасения мелкой Уизли, уничтожил огромного Змея, ну и дневник Тома Реддла заодно, что уж тут мелочиться. Белоснежные кости Василиска выглядели так, словно на протяжении всех пяти лет, за ними постоянно ухаживали, вытирая с них пыль и полируя до блеска. Не теряя времени, наследница аккуратно оторвала один клык гигантской змеи.
«Они все равно ему уже не нужны!»- мелькнуло в мыслях Беллы.
Оторванный клык, Фроин поместила в небольшой сверток, хоть Василик и мертв, а яд в его клыках все равно действенный. Выбраться из подземелья, Фроин не составило никакого труда. Опять очутившись в туалете, юная Гриффиндорка поняла, что комендантский час уже давно начался, а время уже наверно было за полночь. Ладонь девушки невыносимо нарывала. Взглянув на раненную руку, Белла перекосилась. Убедившись, что умывальник приобрел прежний вид, Гриффиндорка еще раз огляделась, нет ли поблизости Плаксы Миртл. Если это надоедливое приведение увидела бы её, открывающую Тайную комнату, то сразу бы разболтала своему «любимому» Поттеру, а это значит прощай мой грандиозный план. К частью, сегодня приведения в туалете не было. Поправив мантию, наследница покинула помещение. В коридорах Хогвартса было тихо и пусто, а это только было на руку девушке. Даже если Белладонна и любила нарушать правила, то сейчас она не хотела попасться кому-нибудь на глаза в первый учебный день. Хочешь или не хочешь, но тут Белле приходилось изображать примерную, добрую Гриффиндрку. По пути в гостиную, Фроин чуть не наткнулась на Забини. Видимо староста Слизерина решил проверить пустующие коридоры перед сном. Спрятавшись, за статую Одноглазой Ведьмы, юная волшебница дождалась, когда один из змеенышей, насвистывая какую-то не понятную для нее песню, скроется за поворотом, и продолжала свой путь в Башню Гриффиндора. В гостиной уже никого не было, только в камине догорали остатки дровишек. Время на часах было уже полпервого-ночи. Зевнув, девушка поднялась в свою комнату. Гермиона уже давно спала, и чтобы не будить свою соседку, Белла наложила на нее заклинание Оглушения, сейчас она не хотела выслушивать допросы своей новой «подруги». Времени до подъема оставалось еще достаточно. Переодевшись в удобную одежду, завязав свои темные волосы в хвост, Белладонна поднесла к обнаженному запястью левой руки, где была метка Пожирателей, свою палочку, чтобы наложить заклинание Незначимости, а на свою порезанную ладонь лечебное заклятие, и через секунду царапины исчезли.
— Lumos, —и снова на конце палочки волшебницы появился огонек, но теперь, в отличие от пещеры, Белле не приходилось прищуриваться, чтобы разглядеть что-либо. Комната была погружена в лунный свет и передвигаться волшебнице было безопасно.
Из-под кровати девушка достала старую книгу в кожаном переплете. Книга была старой и потрепанной, видно она пролежала несколько столетий перед тем, как попасть в руки Гриффиндорки. Замки на книге не позволяли открыть её, любопытным книжным червям, потому что только книжные черви полезли бы её читать, ведь книга имела тысячу страниц.
Открыв, с помощью волшебной палочки, замки, Белла стала перелистывать одну за другой страницы толстого фолианта, с коричнево-ржавыми разводами. Это было одно из тех признаков, показывающие, что книга древняя. На многолетних страницах древней рукописи, был выведен аккуратным почерком некий текст на латинском языке, Грейнджер наверное бы залилась вскриками, увидев подобную литературу «для легкого чтения».
Остановилась Белла на странице, где на древнем языке был написан некий текст, а около латинского названия красовался змей, в центре которого было кольцо с извивающейся змеей, с зелеными, изумрудными глазами .

«Кольцо Наследника Слизерина»

Прочла про себя наследница и начала водить пальчиком по тексту, чтобы не сбиться.

«Заключить способность магического существа в какой-либо предмет может лишь Истинный Наследник Слизерина. Кольцо Наследника способно поглощать и использовать магическую силу в своих целях лишь в том случаи, если Наследник прольет свою кровь добровольно, ибо после этого он становиться с кольцом одним целым.»

Белла тяжело вздохнула. Если она решит пойти на это, то таким образом она создаст желаемый для нее предмет, заключив в нем часть себя. Это напомнило ей о крестражах, только без убийства. Белладонна продолжила чтение.

«Для подобного ритуала необходимо Кольцо Слизерина и плоть существа. Ритуал необходимо проводить ровно в полночь. Для того, чтобы магические способности вашего выбранного существа объединились с кольцом, в зелье нужно добавить каплю крови наследника. Но помните, кровь должна быть отдана добровольно, иначе смерть настигнет того, кто намерен отдать часть своей души.»

Гарри поттер и истинный наследник

Почему Том Риддл был « истинным » наследником Слизерина? Почему прошло более 900 лет после основания Хогвартса для « истинного » наследника Слизерина?

Видя, как существовало столетие продолжения рода между тем временем, когда Салазар Слизерин был жив до рождения Тома Риддла, почему до 1926 года для истинного наследника Слизерина родилось?

Является ли смысл, что истинный Наследник Слизерина должен был обладать определенными качествами, которыми обладал Том Риддл? Если да, то как это отразится на Салазаре Слизерине? Означает ли это, что сам Слизерин был, как выразился Фред и Джордж, — «Серьезно злой волшебник», который хотел, чтобы его истинный наследник был таким же коррумпированным?

Это интересно:  Наследники первой очереди после смерти сестры 2019 год

Или, если Наследник Слизерина просто означает, что наследник — последняя ведьма или волшебник, чтобы носить родословную Салазара Слизерина?

Ответы

То есть, другими словами, вы спрашиваете, означает ли истинный наследник самого молодого (или, может быть, самого старого) нынешнего живого потомка (или в случае Гарри, horcrux потомка)? Или у него есть какая-то другая квалификация?

Может быть, это была квалификация, что он действительно отправился в Хогвартс? Сколько потомков Слизерина отправились в Хогвартс? Я не могу вспомнить с головы, но я не помню, что семья Гунта когда-либо ездила в Хогвартс. Если они этого не сделали, кто был последним человеком потомков Слизерина, чтобы посещать школу помимо самого Слизерина? Меропа была сквибом, поэтому, конечно, она не посещала Хогвартс. Марлоло? Морфин?

Это очень большая часть временной шкалы, к которой мы не имеем доступа. Возможно, даже возможно, что наследник использовал Секретную палату в пределах этой части шкалы времени, но он никогда не становился общеизвестным (Нет смертей). Если это так, это означает, что может быть более одного истинного наследника.

Боковое замечание: есть ли у вас книга и глава для ссылки на то, что Том стал настоящим наследником. Я предполагаю, что это Тайная комната?

Изменить: я мог бы взглянуть на слово наследник вместо истинного. В этом случае я бы подумал, что это лучшее определение: человек или группа, считающиеся наследниками традиции, таланта и т. Д. Предшественника.

Том наследует Тайную Палату, василиск и силу parseltongue. Но parseltongue — ключ для всех. Без этой неосязаемой силы ни одно из других материальных вещей не могло быть использовано.

Поскольку нет руководящего органа для определения того, кто получает наследство, я бы сказал, что любой, кто имеет право (все потомки), может считаться наследником, а тот, кто на самом деле получает его (где руководящий орган — судьба, магическая генетика или что-то еще) истинного наследника . Отсутствие руководящего органа для определения наследования такой неосязаемой силы позволило бы такое различие.

Конечно, мы знаем, что более одного человека наследует parseltongue, поэтому я вернусь к истинному наследнику, который означает тот, кто фактически использовал две другие вещи, которые он унаследовал.

Я согласен с Pureferret. Дело не в том, что Тому Риддлу предначертано быть «Единым истинным наследником», несмотря на то, что он сам думал.

Он был «наследником». Любой, кто может говорить на Parseltongue, выясняет вход в палату и олицетворяет неприязнь Слизерина к магглорожденным, соответствовал бы счету — даже Джинни Уизли под влиянием дневника делала довольно хорошую работу .

Он был истинным наследником, потому что он смог открыть секрету. Я не думаю, что это был упущенный вывод, что он был наследником, и это мог быть кто угодно . Если бы еще один Наследник Слизерина появился раньше, он бы работал так же легко.

Но Салазар знал, что его наследник будет знать язык Парселя (магическая генетика) и темная магия (скорее всего). Хотя, вероятно, кто-то с темным искривленным воспитанием приложил все усилия, чтобы он мог быть темным и извращенным. Но я не могу думать, что это мог быть кто-то еще . Не похоже, чтобы кто-либо из вселенной HP собирался провести генетический тест на потенциальных наследников.

Смотрите, но есть одна вещь, которая была затронута только. Том должен был ПОСМОТРЕТЬ для CoS. Он не просто нашел его. Он ПОПРОСИЛСЯ в течение пяти лет. Это не просто вопрос о приемлемости или линиях крови, но DEDICATION — найти идеальное средство для убийства грязной крови. Усовершенствовать parlsotounge до такой степени, что они могут не только командовать василиском, но и убедить его, что они достойны следования.

Гарри поттер и истинный наследник

Наследник Слизерина

Глава 1. Тайная комната Слизерина

От автора:
Мой первый фанфик)

Ссылки на иллюстрации к фанфику:
Основатели Хогвартса — http://fanfics.me/fanart9895#comments
Гарри Поттер — слизеринец — http://fanfics.me/fanart9896#comments

AU в конце второго курса, лето, все события после пятого курса.

Все события:
Адекватный Волдеморт
Аристократия
Второй курс
Шестой курс
Тайный план Дамблдора
Дамбигад
Уизлигад
Предательство друзей
Основатели в настоящем
Сильный Гарри
Независимый Гарри
Наследие
Распределение в другие факультеты
Родители Гарри живы
Родомагия

Гарри под мантией-невидимкой крался ко входу в Тайную комнату. Зайдя в туалет Плаксы Миртл, он подошёл к раковине со змейкой и прошипел:

Раковина отъехала, образуя туннель, уходящий далеко под землю. Сегодня Поттер взял с собой метлу и, оседлав её, полетел вниз по трубе, минуя ответвления. Когда та резко закончилась, он выровнял Нимбус-2000 у самой земли.

Всё было так же, как и тогда, когда они с Роном ходили спасать Джинни. Тёмные стены, покрытые мхом, под ногами хрустели кости животных, а с потолка капала вода. Гарри в голову пришла мысль, что наверняка должен быть и другой вход в Тайную комнату, и вероятнее всего где-то в подземельях, ведь Салазар Слизерин не мог летать на метле вверх-вниз каждый раз, когда хотел спуститься сюда.

Ещё раз оглянувшись, Гарри уверенно шагнул вперёд. Пройдя обвал, который устроил Локхарт неделю назад, он пошёл в сторону люка.

— Откройс-с-ся, — снова прошипел Поттер, дойдя к своей цели.

Люк открылся, и взору парня предстала невероятная картина. Посреди зала лежал величественный Василиск. Даже то, что он был уже мёртв, не уменьшало великолепия Царя Змей. При первой встрече с ним у Гарри не было времени рассмотреть змея, но сейчас он мог компенсировать это. Поттер начал подходить ближе, не замечая этого за своими мыслями:

«А может, я тоже Наследник Слизерина, ведь откуда тогда у меня дар парселтанга? Хотя профессор Дамблдор и сказал, что я получил его, и, возможно, ещё несколько, от Волдеморта, когда тот пытался убить меня в детстве, но откуда директор может знать это? А приказывать Василиску я даже не пытался, хотя следовало бы… » Гарри остановился возле змея. Чешуя того была насыщенно-зелёного цвета, у глаз и рта виднелись кровавые подтёки, а сам Василиск был длиной около пятидесяти футов. Возле его тела лежал большой клык, совсем недавно чуть не ставший причиной гибели Поттера, а сейчас пропитанный чёрной кровью дневника Тома Риддла.

Гарри понятия не имел, как сумел убить Царя Змей:

— Это случайность. Просто удача, как и в прошлом году с Волдемортом в Квиррелле, — сказал себе он, понимая, что это правда.

Постояв ещё немного возле Василиска, Гарри решил осмотреться вокруг себя, ведь это и было его основной целью. С того дня, как он вышел с лазарета, где его около недели опекала мадам Помфри, мысль отправиться в Тайную комнату и обследовать её буквально преследовала Поттера. Друзьям он решил ничего не говорить, ведь Гермиона начала бы причитать, что это очень опасно, хотя, возможно, позже и согласилась бы на такой эксперимент, а Рон просто ещё не отошёл от случая с сестрой.

Блуждание по залу ничего не дало. Неужели Гарри ошибся, и здесь нет больше ничего, кроме Василиска? Но ведь глупо было делать такую комнату только ради того, чтобы здесь обитал гигантский змей! Да и вообще, ему казалось, что Василиск — страж того, что на самом деле скрывает Тайная комната.

Он провёл рукой по статуе Салазара Слизерина, стараясь найти какой-нибудь тайный ход, и зашипел от боли. Гарри даже не заметил, как поранился и рука оказалась перепачканной в его собственной крови. Тем временем немного левее от него появилась дверь. Увидев её, Поттер подошёл поближе, чтобы рассмотреть.

Дверь была массивной, из чёрного дерева, увитая резьбой, а вокруг ручки обернулась серебристая змея. Взявшись за ручку, Гарри сначала удивился, а потом попробовал отдёрнуть руку, но было уже поздно. Змея как будто ожила и обвила его запястье, удерживая:

— Ты похош-ш на моего хос-с-сяина, — прошипела она.

— Хос-сяина? — растерянно переспросил мальчик, автоматически переходя на парселтанг.

— Да с-с, — змея качнула головой в знак согласия. — Мой хос-с-сяин — Великий Ос-снователь С-салазар С-слизерин.

Гарри продолжал растерянно смотреть на змею, когда та, в свою очередь, рассматривала его:

— Я пропуш-ш-чу тебя в комнаты хос-с-сяина, ес-с-сли ты даш-шь немного своей крови взс-с-самен, — продолжила змея.

— Немного с-с-своей крови? — глаза всегда бесстрашного гриффиндорца теперь смотрели испуганно.

— С-совсем немного, — успокоила его змея. — А взс-самен ты получиш-шь з-с-снания, которые хранятс-ся з-с-са этой дверью.

Предложение было очень соблазнительным. Что ни говори, а Гарри был жаден к знаниям. В магловской школе он учился на отлично и знал много интересного и полезного. Когда Поттер попал в магический мир, то решил, что обязательно займётся своим образованием и здесь, но оказалось, что не судьба… Уже второй год подряд в замке его ожидала опасность: в первый раз был Квиррелл, а в этот — Василиск. Гарри читал книги о магии, но ему нужен был тот, кто объяснит всё непонятное и загадочное, а такого человека не было — только Дамблдор, который всё время улыбался, посверкивая глазами из-за своих очков-половинок, и любил говорить загадками. Да и вообще, с чего бы он пошёл к директору, ведь тот даже не преподаватель.

— Я с-с-соглас-сен, — прошипел Гарри.

В следующее мгновение змея впилась в его палец железными зубами, от чего всю руку как-будто прошило током, а когда она отпустила его спустя несколько секунд, то не было видно даже следа от укуса. Тем временем дверь засветилась серебристым сиянием и отворилась.

— Входи, Нас-с-следник, — прошипела змея на прощание, но тот уже не слышал её слов, обратив всё своё внимание на то, что находилось за дверью.

Зайдя в комнату, Поттер огляделся. Его взору предстала гостиная Салазара Слизерина. Комната была просторной, выдержанной в разных оттенках зелёного, серебристого и чёрного. Сразу напротив входной двери виднелись ещё две, такие же, только менее массивные. Возле большого мраморного камина пристроился чёрный кожаный диван с двумя такими же креслами по бокам и кофейным столиком на тонких изящных ножках. У стен стояли стеллажи с древними книгами и фолиантами. Подойдя ближе, гриффиндорец прочитал названия нескольких из них: «Тёмная Магия. Основы», «Дуэлинг», «Азы Зельеварения», «Самые опасные яды и противоядия к ним», «Легилименция и окклюменция. Техника владения». Там было ещё много интересного, но остальное можно было прочесть и потом.

Проведя ещё несколько минут в гостиной, он зашёл в левую дверь. Там оказался кабинет. Множество книжных шкафов, набитых теми же книгами с фолиантами, только в ещё большем количестве, чем в гостиной, обнаружились у стен. Посреди комнаты стояли массивный письменный стол из чёрного дерева и удобное кресло, оббитое изумрудным и серебряным бархатом по краям. На столе были письменные принадлежности — чернильница, несколько перьев и стопка чистых пергаментов.

За правой дверью оказалась спальня. Большая кровать с изумрудными балдахинами стояла посреди комнаты. С обеих сторон от нее виднелись прикроватные тумбочки, а возле стены — массивный шкаф. Здесь нашлась ещё одна дверь, которая вела в ванную комнату, обставленную белоснежным кафелем с витиеватыми серебристыми узорами.

Осмотрев все комнаты, Гарри вернулся в гостиную. Его взгляд скользнул по кофейному столику и обнаружил там шкатулку, которую не заметил раньше. Подойдя ближе, он смог рассмотреть её. Сама она была из чёрного дерева, оббитого серебристым бархатом и инкрустированного изумрудами. На крышке красовался герб, похожий на факультетский герб Слизерина (Василиск в золотой короне), но ещё здесь виднелась надпись «Род Слизерин» на парселтанге. Поттер даже не думал, что можно писать на этом языке, а буквы были совсем не похожи на обыкновенные. Для незнающего змеиный язык человека, они показались бы просто красивыми завитушками, тогда как змееуст мог понять смысл написанного.

Гарри взял шкатулку в руки и открыл её. Внутри лежал перстень. Он был сделан из серебра и украшен большим изумрудом с гербом рода Слизерин. Поттер смотрел на перстень, как завороженный, не смея отвести взгляд, ведь тот поражал своей красотой. Цвет изумруда ему всегда нравился, хотя это и был цвет «вражеского» факультета, но у самого мальчика были изумрудные глаза. Позже Гарри и сам не мог понять, зачем он это сделал, но он надел перстень.

Сначала тот был холодным, почти ледяным, затем резко нагрелся, опаляя кожу. Всё это длилось несколько секунд, после чего кольцо уменьшилось до размера пальца Поттера. По всему телу прошла волна магии, и Гарри окутало серебристым сиянием, но через несколько мгновений всё прошло, а он продолжил пялиться на перстень, только теперь с удивлением.

— Кхм-кхм… Молодой человек? — мальчик аж подскочил от неожиданности и поспешил повернуться к тому, кто к нему обращался.

Перед Гарри предстал волшебник — хотя, скорее его привидение. Это было почти не заметно, только если присмотреться, то можно было разглядеть расплывающийся контур силуэта. Чёрные волосы мага доставали ему до лопаток, обрамляя аристократическое лицо, высокие скулы, тонкие брови, чуть приподнятые над глазами, цвета изумруда, как и у самого Поттера, в которых отражается лёгкий интерес, а губы изогнуты в располагающей улыбке. Он был одет в плотную мантию зелёного цвета, отделанную мехом, из-под которой виднелись кожаные сапоги. В общем, мужчина выглядел на тридцать — сорок лет.

Гарри заинтересованно разглядывал незнакомца, а потом вдруг спохватился и смущённо произнёс:

— Ой, здраствуйте, — он опустил взгляд, но уже через несколько мгновений поднял сверкающие интересом глаза, в которых можно было прочитать истинно детское любопытство, — А как вас зовут? Я не видел вас в замке раньше.

— Я — Салазар Слизерин, а точнее его привидение, — просто ответил мужчина, и усмехнулся, наблюдая за реакцией Поттера.

Глаза парня расширялись, постепенно наполняясь пониманием того, кто перед ним стоит и от того восхищением.

— Вы — Салазар Слизерин? — переспросил он, на что маг кивнул.

Что бы ни говорила Гермиона, «Историю Хогвартса» Гарри прочитал, а там писалось о каждом Основателе. Он восхищался всеми ими, ведь они сделали так много для Волшебного мира, просто построив школу. И, несмотря на то, что сейчас перед ним стоял Салазар Слизерин, факультет которого он должен ненавидеть, это не так. Ведь Гарри не захотел идти туда только потому, что Малфой, который там учился, слишком высокого мнения о себе, тот думал, что все ему чем-то обязаны, и Поттер боялся, что остальные ученики змеиного факультета такие же аристократические снобы, что по рассказам Рона так и было, а таких мальчик не любил, всё остальное же его вполне устраивало. Нет, Гарри не был против аристократов, как можно было подумать, более того, он считал, что те поступают правильно, придерживаясь традиций магического мира, но для этого не обязательно было воротить носы от маглорождённых, из-за их незнания традиций, или проводить их презрительными взглядами. Иногда Поттер видел аристократов, которыми по его мнению те должны были быть. Они бывало даже не имели какого-либо титула, или были простыми встречными маглами на улице, но держались достойно, с гордо поднятой головой, прямой осанкой, контролируя свои эмоции. Гарри восхищался такими людьми, и не против был и сам быть одним из них.

Тем временем и Основатель разглядывал своего потомка. У того были короткие чёрные волосы, а глаза зелёные, как и у самого Салазара. Он смотрел с восхищением, что не могло не импонировать Слизерину, ведь видеть такой восторг в глазах своего Наследника — самое лучшее, что может случиться. Дальше один из четырёх Основателей вспомнил, при каких обстоятельствах он появился из родового перстня, в который в своё время поместил свой призрак, чтобы тот мог помочь Наследникам, если будет нужно. Судя по всему, этот мальчик станет довольно сильным магом, ведь родовой артефакт очень активно отреагировал на него, и если уж на то пошло, то он поможет этому ребёнку.

— И как же вас зовут, молодой человек?

— Я — Гарри Поттер, сэр, — ответил тот, всё ещё разглядывая призрак.

— Приятно познакомиться, мистер Поттер. А на каком курсе вы учитесь? — Салазар пристально рассматривал фигурку Гарри. Тот был худощавым, а глаза его скрывали нелепые очки-велосипеды. На вид ему было не больше десяти-одиннадцати лет.

— На втором, сэр, но скоро перейду на третий, — мальчик был очень стеснительным, хотя… скорее забитым, ведь уже не смотрел на Слизерина, а разглядывал свою обувь.

— Значит, скоро каникулы… — задумчиво протянул призрак.

— Да, сэр. Мы уезжаем домой через неделю.

— Понятно. Что ж, я полагаю, что ты уже догадался, что являешься моим Наследником.

— Что?! — воскликнул Поттер, забыв о смущении, и ошарашенно смотря на Основателя. — Разве ваш Наследник не Волдеморт?

— А кто такой Волдеморт? — спросил Салазар, и Гарри понял, что тот ничего не знает с того, что сейчас творится в мире.

— Это долго рассказывать… — протянул он и потупил взгляд.

— А вы куда-то спешите, молодой человек? — вопросительно приподнял бровь Слизерин.

Новость о том, что у него может быть два Наследника, привела Основателя в замешательство, и он хотел узнать об этом, как можно больше.

— Да пока нет, сэр. Если хотите, могу объяснить вкратце, а позже, может, и больше. Но перед этим скажите, пожалуйста, как вы здесь оказались? — Поттер поднял свой взгляд сначала на Основателя, а потом обвёл им всю комнату, как бы объясняя, где это — здесь, и снова вернулся к Салазару. Глаза Гарри были преисполнены такого искреннего недоумения, что тот чуть не рассмеялся:

— Я зачаровал этот перстень так, чтобы из него появился мой призрак, когда его соответственно наденет мой Наследник. Тогда призрак, то есть я, сможет обучить того всему тому, что знает сам. А теперь, давайте присядем, молодой человек, чтобы я смог выслушать ваш рассказ.

— Что ж… — начал Поттер и рассказал призраку всю свою историю, только постарался сделать её максимально короткой. Было странно изливать душу совсем незнакомому человеку, хотя Гарри и обходил особо острые углы, тщательно подбирая слова. Он не знал почему испытывает такое доверие к этому человеку, сидевшему напротив, но точно знал, что тот не предаст, впрочем, Гарри был не так уж и далёк от истины, ведь для чистокровных важнее всего благополучие рода и его наследников.

Основатель сидел и слушал историю теперь уже двух своих Наследников, и думал, как хорошо, что комнату нашёл именно Гарри, а не Том Риддл, который оказался озлобленным на весь мир из-за несчастного детства, в то время как Поттер сумел остаться добрым и доверчивым, хотя тоже пережил немало. Слизерин решил, что поможет мальчику стать сильным волшебником и Главой уже двух Родов.

Тем временем, тот закончил свой рассказ:

— Вот так, сэр. И извините, что я убил вашего Василиска, просто у меня не было времени, чтобы проверять, послушается он меня или нет, — Гарри опять потупил взгляд.

— Ничего, я всё понимаю. Ты просто хотел спасти сестру своего друга.

— Что ж, думаю, уже довольно поздно, и ты должен ложиться спать, — Салазар добродушно улыбнулся, увидев, как краснеет его Наследник от подобного замечания. — Я сейчас перемещусь обратно в кольцо. Оттуда я могу видеть и слышать всё происходящее вокруг и мысленно общаться с тобой. Ты тоже так можешь, нужно просто подумать о том, что хочешь сказать мне. Для того, чтобы никто не увидел кольцо, просто пожелай этого. Ты продолжишь его чувствовать у себя на пальце, но видеть перестанешь, — Гарри попробовал, и у него вышло. — Хорошо. Завтра опять возвращайся сюда, тут мы и поговорим ещё. Пока никому не говори о том, что спускался сюда и что видел, это понятно? — Основатель вопросительно посмотрел на Поттера, тот кивнул. — Змея на дверях запомнила тебя, и теперь каждый раз будет пропускать. Дверь видеть ты будешь и дальше, а вот остальные, если ты кого-то приведёшь сюда, — нет. Тебе всё понятно?

— Что ж, тогда иди в гостиную своего факультета, — Слизерин не расстроился из-за того, что его Наследник учится на Гриффиндоре, ведь в своё время они с Годриком были лучшими друзьями, не смотря на всё, что пишут в книгах, по словам Гарри. Хотя то, что Шляпа Гриффиндора предлагала Поттеру Слизерин, уже хорошо. Он понял из рассказа мальчика, что тот не захотел идти туда из-за того, что почти все ученики его факультета были снобами, преследовавшими идеалы чистоты крови, считая при этом, что слизеринцы и должны быть такими, хотя сам Салазар снобом никогда не был, что бы там ни говорили. Для маглорождённых же и тех, кто воспитывался маглами, он хотел построить отдельное учебное заведение, ведь они не знали даже самых элементарных традиций Магического мира, что можно было увидеть на примере Гарри.

На данный момент Основатель решил узнать Гарри Поттера получше, чтобы понять, как повлияли все события, которые произошли с мальчиком, на его же дальнейшую жизнь. Ведь из того, что тот рассказал, было понятно, что жизнь у него непроста, какой бы короткой она не казалась.

С такими мыслями Слизерин переместился в невидимый перстень на пальце ребёнка.

Дни, которые остались до отъезда на Тисовую улицу, пролетели быстро. Каждый день после отбоя Гарри спускался в Тайную Комнату, только уже через подземелья, в которых, как он и предполагал, был ещё один тайный проход, о котором ему рассказал сам Основатель, чтобы поговорить там со своим предком. Тот уговорил Поттера сразу по приезде в Лондон отдать чемодан дяде, который приедет встречать племянника, а самому пойти в Гринготтс. Там они смогут пройти проверку крови, всё узнать о наследстве и предпринять какие-то действия.

Гарри поттер и истинный наследник

И зимой и летом
Небывалых ждать чудес…
Будет магия где-то…
Даже здесь!
(Я немного переправила песенку
«Куда уходит детство?».)

На берегу маленького шотландского озерка сидела девушка в чёрном поношенном плаще. Ярко горящий костёр освещал на несколько метров всё вокруг. Рядом с ним лежал, устремив тёмные глаза на неподвижную воду, пёс. Тени от костра играли на его золотистой шерсти. Девушка курила трубку, и дым от неё небольшими серыми кольцами устремлялся вверх, а потом исчезал в прохладном воздухе.

— Холодное лето выдалось, не правда ли, Ренни? — тихо произнесла она, обращаясь к псу. Три колечка дыма растворились в темноте ночи.

Пёс повернул голову к хозяйке, внимательно посмотрел на неё, будто понимая смысл её вопроса, и кивнул.

— А знаешь почему, Ренни? Зло вернулось в мир, и Мать Природа начала предупреждать людей. Лето в нашем полушарии должно быть тёплым, а сейчас почти каждый день дождь и холодно. Но люди не умеют читать ни знаки Матери Природы, ни знаки Божьи… То есть умели когда-то давно, очень давно… Помнишь, Ренни, как тогда всё было хорошо? Но нет, люди придумали оружие, придумали жестокость и казни, придумали войну и угнетение, придумали рабство и неравенство… И для чего? Для того, что бы показать, насколько каждый сильнее своего соседа… Да, всё это придумали люди, и ты это знаешь, Ренни… А теперь, Зло снова вернулась в мир, и в виде кого? В виде юнца, обуваемого жаждой мести… А люди этого не понимают и не поймут, пока Солнце не зайдёт за горизонт и никогда уже не выйдет оттуда…

Пёс при этих словах положил морду на вытянутые вперёд лапы и закрыл глаза. Несколько минут они просидели в полном молчании. Внезапно сзади, из кустов, раздался шорох. Ренни приподнял голову, а девушка, вынув трубку из зубов, встала.

— Дамболдор, если вы хотите поговорить, я бы на вашем месте вышла на свет.

На участок, освещаемый пламенем костра, вышел старик. Он подошёл к фигурке в плаще, склонил голову перед ней.

— Полно, Дамболдор, в вашем возрасте лучше не сгибать спину.

Старик выпрямился, а его собеседница откинула назад плащ, скрывавший дотоле лицо девушки. Огненного цвета волосы обрамляли смуглое лицо, светло-голубые глаза внимательно следили за каждым движением хогвартского директора. Резкий ветер периодически распахивал тёмный, грязный плащ, и видна была рукоять меча, покоившегося в белых ножнах.

— Присядем? — Мелисса кивком головы указала на участок травы, освещенный огнём от костра. Они сели, и девушка сразу же начала разговор.

— Дамболдор, вы предупредили Флетчера, Арабеллу и остальных, как я вам сказала при нашей последней встрече?

— Да, я послал к ним своего человека.

— А вы уверены, что ему можно доверять?

— О да! — директор кивнул. — Я уверен в Сириусе. Один раз я ему не доверился, и теперь очень об этом жалею…

— Прекрасно… А Наследники? Про них вы что-нибудь узнали? У вас хоть есть предположения, насчёт того, кто они?

— Это очень запутанно… С наследницей Пенелопы Пуффендуй проблем нет, она подруга моей внучки, насчёт наследника Рейвенкло пока не ясно, про наследника Слизерина тоже… Но вот наследник Гриффиндора…

— Вы знаете кто он? — Мелисса посмотрела на старика.

— Точно нет, но я думаю, что это…

— Если вы не знаете точно, то не высказывайте своих догадок. — Она понизила голос, — нас могут подслушать…

Мелисса слегка махнула Ренни рукой, и тот внезапно бросился в кусты малины. Оттуда раздался тоненький визг, что-то тёмное промелькнуло в ночи и скрылось в чаще. Пёс вернулся на прежнее место подле хозяйки.

— Крысы, — девушка невесело улыбнулась. — Вольдеморт следит за мной, за моими братьями, за всеми Странниками. Так что нам лучше не разговаривать в местах, где нас легко могут подслушать.

— Но… — Дамболдор расстроено посмотрел на Странницу. — Нам нужна ваша помощь. Времени остается всё меньше и меньше.

— Что есть Время, когда речь идёт о будущем всего Мира? — Мелисса снова поднесла трубку ко рту. — Что есть Время? Не спешите, иначе вы совершите непоправимую ошибку. Вы мудры, Дамболдор, вы много прожили и много знаете. Но… Я живу с Сотворения Мира и знаю такое, что просто не в состоянии понять человек. Доверьтесь мне, я знаю, что делать, — она внезапно встала и устремила взгляд на небо, — какое сегодня число?

— Ждите меня 24 декабря. Я поговорю со всеми Странниками, и, возможно, мы согласимся оказать вам поддержку в предстоящей войне.

— Но где мы встретимся? — директор тоже встал и подошёл к девушке. — Как я узнаю, где вас искать?

— Не знаю… Придётся вам нас поискать, потому что мы не появляемся по первому зову, как слуги. — Тогда… Я пошлю кого-нибудь вас найти…

— Знаете, людям гораздо тяжелее нас найти, нежели… Например… Оборотням. Они ближе к природе, а значит ближе к нам. — Странница хитро улыбнулась.

— Вы хотите, что бы я послал…

— Рема Люпина, разумеется! Мы с ним старые знакомые, можно даже сказать, друзья!

— Если он согласится, ваше пожелание будет исполнено.

— Дамболдор, пожалуйста, не разговаривайте со мной, как мышь с кошкой! Я вовсе не ужасная и всемогущая предводительница Странников, какой вы меня возомнили! Я обычная девушка со слишком большой продолжительностью жизни!

— Да, конечно. — Альбус виновато улыбнулся. — Но откуда же я знаю, какое обращение вам нравится?

— О да! Я ведь такая ужасная и … — Мелисса вдруг осеклась и подставила своё лицо тёплому восточному ветру, так внезапно сменившему холодный северный. — Вам придётся уйти. Брат говорит, что сюда направляются ваши враги. Рем найдёт меня. Непременно. А теперь идите. Идите! — воскликнула она, увидев, что директор Хогвартса замер в нерешительности.

— До скорого, надеюсь. — И он исчез с поляны, подгоняемый Странницей. А ещё через минуту поляна полностью опустела. Ни костра, ни собаки, ни этой странной девушки, Странницы. Только западный ветер всколыхнул верхушки деревьев, и всё стихло.

* * * Небольшая коричневая сова влетела в приоткрытое кухонное окно, на котором от ветра слегка трепетали светлые занавески. Сова приземлилась на стол, чуть не сбив две кружки с горячим чаем, стоявшие на ней. Громко ухая, она поудобнее уселась на салфетницу. Тут же в проёме двери показался мужчина, молодой, но уже с небольшой сединой, с красивым, но несколько измождённым лицом. Выглядел он так, будто недавно встал и ещё не привёл себя в порядок. Он подошел к птице и отвязал от её лапы письмо. Раскрыв конверт он пробежал письмо глазами и громко позвал:

Тут же уз глубины дома раздался грохот, а уже через несколько минут Рем Люпин оказался удостоен чести лицезреть своего друга. Всклокоченные чёрные волосы, большие блестящие тёмные глаза и весёлое выражение на лице. Сейчас он больше всего походил на большого взлохмаченного чёрного пса.

— Луни, в чём дело?

— А вот в чём, старина. — Рем показал на письмо в своей руке.

Сириус взял в руки письмо, прочитал и оченивающе посмотрел на друга.

Дорогие Сириус и Рем! Я надеюсь, что у вас всё в порядке. Вольдеморт затих. Что-то мне это не нравится… Я боюсь, что он готовится сами-знаете-к-чему. Но, судя по тому количеству сов, которые прилетают ко мне ежедневно, ты блестяще справился с заданием, Сириус. Флетчер уже начал действовать. Перси Уизли тоже выметает подозрительных людей из своего департамента. Насчёт Странников не знаю. Мелисса пока молчит, но надеюсь, что они присоединятся к нам. Фудж всё ещё не верит в возвращение Вольдеморта, а жаль, ведь Люциус тоже приобретает большее влияние в Министерстве.

Я вот что подумал. Сириус, из-за недавних событий и по кое-каким другим происшествиям, я думаю, что и тебе, и мне, и Гарри было бы спокойнее, что бы ты был всегда рядом.

Так что я подумал, если конечно ты хочешь, ты можешь стать его собакой…

Ты всегда сможешь быть рядом с ним и охранять его. Так что надеюсь, встретимся в школе. Рем, а ты жди моей совы. Нам надо с тобой поговорить о Странниках, Мелисса сказала что хочет поговорить именно с тобой. Говорит, вы с ней хорошие знакомые.

Ваш Альбус Дамболдор.

— Странники?! — Люпин ошарашено посмотрел на своего друга. — Это… Это… Безумие! Они ни за что не согласятся! Это ещё хуже, чем посылать Хагрида к великанам! Большее доверие! Да, я знаком и с Мелиссой, и с Арагорном, но что из этого! Только чтобы их отыскать, потребуется чудо! Дамболдор — безумец!

Это интересно:  Дети наследники какой очереди 2019 год

— Все мы когда-нибудь говорим это, Рем. — Сириус потрепал оборотня по плечу. — Но согласись, если кому и под силу найти Странников, так это тебе.

— А как насчёт предложения Дамболдора? Ты согласен?

— Тогда… — Люпин посмотрел на белые часы, висящие на стене. — Тебе уже пора. Пол-одиннадцатого.

— Извини, дружище, что я тебе не помогу с этим заданием… Но я… Я так давно не видел Гарри и его сумасшедшую команду… Если честно, я ужасно по нему скучаю…

— Зачем ты мне всё это говоришь! Я всё равно не взял бы тебя с собой, ведь это МОЁ задание. А твоё задание охранять Гарри. И к тому же, я тоже не прочь прогуляться в поисках Мелиссы, мы с ней действительно друзья. Так что иди, приведи себя в более-менее человеческий вид, а то ещё напугаешь бедных деток. — И он со смехом вытолкнул Сириуса в коридор.

Тот быстро засунул письмо в карман и забежал в свою комнату, а уже через несколько минут прощался со своим другом.

Люпин стоял в проёме двери и, смотря на деловито размахивающего хвостом чёрного пса, быстро идущего по лондонской улице, и бормотал себе под нос: «- Нет Дамболдор, ты всё-таки безумец. Странники — это еще, куда ни шло, но отправлять его в Хогвартс, когда там она… Но если у тебя всё получится… Если всё получится, я возьму свои слова обратно. Нет, чёрт возьми, он убьёт меня, если узнает, что я принимал в этом участие. ЕСЛИ он узнает…»

* * * У лондонского вокзала Кингс-Кросс резко остановилась, скрипнув тормозами, новенькая красная машина. Из неё вылез тучный усатый мужчина, открыл багажник и вытащил два больших коричневых чемодана. Дверца машины открылась, и с заднего сидения вылез невысокий черноволосый парень в круглых очках, держа в руке клетку с самой настоящей совой. Мужчина поставил чемоданы на асфальт с таким видом, словно это были ядовитые змеи. Потом, злобно посмотрев на паренька, он сел обратно за руль и нажал на газ. Машина быстро поехала, предварительно обдав мальчика водой из лужи, в которую она с полного хода въехала.

Итак, Гарри Поттер стоял один, у вокзала Кингс-Кросс, с ног до головы мокрый, с двумя тяжёлыми чемоданами и клеткой с совой. С неба упали первые капли дождя. Гарри вздохнул, потом посмотрел на часы. Пол-одиннадцатого. Ещё целых полчаса до отбытия поезда Хогвартс-Экспресс. Хогвартс… От этого слова у него потеплело сердце. Скоро он будет там. Скоро. А пока надо отвезти вещи на платформу 9 и 3/4. Гарри оставил вещи на асфальте, а сам пошёл разыскивать тележку. Потом с трудом поставил на тележку чемоданы и клетку с Буклей и направился в здание вокзала. Как назло, у прохода на платформу, с которой отходит поезд, толпились несколько человек, так что незаметно проскользнуть сквозь стену было невозможно. Гарри сел на скамейку, поставил тележку рядом с ней, откинул со лба прядь мокрых чёрных волос и тяжело вздохнул. Никогда у него не было такого плохого лета. Друзья не пишут, крёстный не пишет, никто не пишет! Гарри даже не ходил на Диагон-Аллею, все необходимые вещи Дамболдор прислал мальчику по обыкновенной, магловской почте. «И всё потому, что Вольдеморт вернулся. Все беспокоятся о безопасности мальчика — который — выжил. Надоело мне это всё. Я даже не знаю, всё ли в порядке с моими друзьями». — Думал Гарри, и на сердце у него становилось всё тоскливее. Когда же наконец приедут Рон с семьёй и Гермиона?

— Эй, чья это собака! Бездомным собакам нельзя находиться в здании вокзала! — Вдруг услышал мальчик громкий, строгий голос у себя за спиной. Гарри обернулся, и его сердце забилось сильнее от радости, так внезапно сменившей тоску. Полицейский, дежуривший на вокзале, безуспешно пытался поймать большого чёрного пса, ловко уворачивающегося от неловких рук полисмена. Не узнать эту собаку было просто невозможно. Гарри еле удержался от того, чтобы с радостным воплем не броситься к крестному. Внезапно Сириус заметил мальчика, радостно гавкнул и было побежал к нему, но полицейский, воспользававшись заминкой анимага, схватил таки его. Сириус попытался вырваться, но стальные руки крепко держали его.

— Эй, стойте! — Гарри быстро вскочил с деревянной скамейки и подбежал к ним.

Полицейский оттёр пот со лба и посмотрел на мальчика.

— Это твоя собака? — Спросил он, всё ещё держа Сириуса.

— Да, сэр. Мой пёс очень непослушный. Всё время убегает.

— Парень, мой совет, держи его на поводке. Он ведь убежит так и не вернётся, — Полицейский отпустил Блэка, и, тот, радуясь свободе, быстро подбежал к Гарри и несколько раз гавкнул, видимо здороваясь.

— Конечно, сэр. Больше такого не повторится. Извините за беспокойство. — Вежливо сказал Гарри. Полисмен кивнул, ещё раз посмотрел на Сириуса, который, помахивая хвостом, сидел у ног мальчика и пошёл дальше следить за порядком. А крёстный и крёстник немного постояли, подождав, пока полицейский отойдёт. Потом Гарри присел на корточки, повернувшись лицом к морде пса, а Сириус положил передние лапы ему на плечи и лизнул мальчика в нос. Гарри обнял шею пса так крепко, насколько мог, зарываясь в чёрную шерсть носом, и прошептал:

— Сириус. Что ты тут делаешь? Я так по тебе скучал. Ты мне совсем не писал. Я волновался за тебя. Как хорошо, что ты тут… — Гарри прервал свой монолог бессвязных предложений и посмотрел в глаза крёстному, которые отчего-то повлажнели. Сириус сел на пол и оглядел мальчика с ног до головы, словно желая убедиться, что тот не изменился за лето. Гарри заметил, что прохожие странно поглядывают на них. Хотя такое поведение мальчика и собаки было действительно немного удивительно.

— Ладно. Пойдём к тележке, — парень кивком головы указал на скамейку и на тележку, стоявшую рядом с ней. Сириус же повернул голову в сторону прохода на платформу 9 и 3/4.

— Ну ты же видишь, я не могу пройти сквозь стену, там стоят маглы, — ответил Гарри. Пёс только махнул лапой и побежал к проходу. Остановившись около оживлённо переговаривающихся людей, загораживающих проход, Сириус зарычал. Сначала тихонько, а потом всё громче и громче. Магглы со страхом посмотрели на собаку, огляделись, ища хозяина, и, никого не увидев, медленно отошли в сторону. Блэк повернулся к Гарри, гордо поднял голову и кивнул головой на проход. Гарри улыбнулся и покатил тележку по платформе, потом огляделся по сторонам, разогнался и прошел сквозь стену, которая разделяла платформу 9 и 3/4 с маггловским вокзалом. Через мгновение Сириус сидел рядом с крёстником. Хогвартс-Экспресс стоял в полной готовности сейчас же двинуться в путь, на платформе толпились люди, сновали туда-сюда, что-то выкрикивали, заталкивали тяжёлые чемоданы в купе. Гарри посмотрел на Сириуса и спросил:

— Ты что, поедешь со мной?

Пёс кивнул. Гарри вдруг понял. Почему его крёстный оказался на вокзале.

— Тебя попросил Дамболдор, да?

Снова кивок. Гарри поджал губы.

— Он мне не доверяет. Как мне всё это надоело! Что ж он только тебя прислал, надо было целую бригаду телохранителей вызвать. А я то гадал, что это ты оказался на вокзале. Оказывается, ты выполняешь очередное задание! Но мне телохранители не нужны! — рассердился мальчик. Казалось, эти слова накопились у него за всё лето, а сейчас вылились наружу. Анимаг опустил голову и тяжело вздохнул. Поттер толкнул тележку вперёд и покатил по платформе. Но через несколько шагов замер, зажмурился, как от зубной боли. Прикусил губу и тихо обругал себя. Он ведь действительно был рад, что его крёстный здесь, просто то обстоятельство, что Сириус охраняет его, не нравилось мальчику. Дамболдор очень заботится о безопасности Гарри, даже слишком. Но всё же взрываться так не стоило. Мальчик обернулся, и, увидев, что крёстный собирается уйти, подбежал к нему.

— Прости меня! Я сорвался, знаю, я должен держать себя в руках, так что, если ты меня не возненавидел, то, может, ты всё-таки поедешь со мной?

Пёс склонил голову набок, посмотрел на Гарри, но с места не сдвинулся.

— Да ладно тебе, пойдём! Нам надо ещё найти Рона и Гермиону!

Сириус тяжело вздохнул, опустил голову, но потом внезапно вскочил, гавкнул. И вот он уже на середине платформы. Стоит, подняв одну лапу. И смотрит на крёстника выжидающим взглядом. Гарри рассмеялся, подошёл к Сириусу, и они вместе пошли искать свободное купе, осматриваясь по сторонам. Не мелькнёт ли где рыжая макушка Рона или каштановые волосы Гермионы? Но нет, друзей не видно.

Зато купе нашлось в самом конце поезда, так как все остальные были уже заняты. Сириус быстро улёгся на сидение, всем своим видом давая понять, что купе занято, а Гарри пошёл за вещами. Подвезя их к самому входу в вагон, мальчик прежде всего отнёс клетку с Буклей, а потом начал медленно затаскивать первый чемодан. С огромным трудом поставив чемодан на пол вагона, Гарри опёрся об него, оставаясь всё ещё на ступенях, и вытер пот со лба. Чемодан внезапно покачнулся и с громким ударом повалился на пол. Гарри потерял равновесие и начал падать назад, но тут его схватила чья-то рука. Сириус держал мальчика до тех пор, пока тот не восстановил равновесие. Потом Блэк поднял чемодан и отнёс его в купе. Гарри спустился обратно, поднял второй чемодан наверх, где его взял Сириус. Мальчик открыл в купе окно, которое выходило как раз на платформу и вместе с крестным, вновь ставшим собакой, высунул голову наружу и стал высматривать в толпе своих друзей. Вскоре Гарри заметил среди толпы несколько рыжих макушек. Это наверняка была семья Уизли. Потом он заметил Рона и крикнул ему:

— Эй, Рон, иди сюда!

Рон огляделся по сторонам, ища Гарри глазами, потом, вдруг, его лицо озарила улыбка. Он заметил их. Сказав что-то отцу, он побежал к Гарри и Сириусу. Остальные Уизли не спеша двинулись за ним.

— Привет Рон! — воскликнул Гарри, как только веснушчатое лицо его друга оказалось около открытого окна.

— Привет Гарри, привет Сириус… — Рон удивлённо приподнял брови. — Сириус, ты что, поедешь с нами?

— Ну и отлично! — лицо Рона просияло. — Интересно, а где Гермиона? Она ещё не приехала?

— Нет… — помотал головой Гарри. — А вот, кстати, твоя семья.

Близнецы, Джинни, мистер и миссис Уизли подошли к вагону.

— Здравствуй, Гарри. — Поздоровалась миссис Уизли.

— Здравствуй… — тихо произнесла Джинни, немного покраснев. Гарри оглядел её: на Джинни была длинная юбка, некогда бывшая, видимо, фиолетовой, украшенная неимоверным количеством оборок, красная кофта, тоже вся в оборках, и зелёная шапочка, более напоминавшая чепчик. В общем, у девочки был вид куклы, которую только что сняли с витрины, а какой-то неаккуратный продавец вылил на неё ведро воды. Выглядело это довольно смешно.

— Здравствуйте, — произнёс он.

— Гарри, когда это ты успел купить собаку? — спросил Фред, оценивающим взглядом сканируя Сириуса.

— Милый пёсик, — сказал Джордж. — Как его зовут?

— Его… Э-э-э… Бродяга, — призадумавшись, через несколько секунд ответил Гарри.

— Гарри, Рон! — послышался сзади радостный возглас.

Это была Гермиона, спешившая к ним. Она ловко огибала толпы людей и толкала вперед тележку, нагруженную тремя чемоданами и плетёной корзиной, из которой выглядывала голова её кота, Живоглота.

— Привет, Гермиона! — поздоровался Гарри с девочкой, когда она подошла к вагону.

— Здравствуйте! — выдохнула Гермиона, отдышавшись после бега. Тут она заметила Сириуса, удивлённо приподняла брови, посмотрела сначала на пса, потом на Гарри. Мальчик заметил её взгляд, и быстро произнёс:

— Герми, это мой новый пёс, Бродяга.

— Очень приятно, Бродяга, — хитро улыбнулась девочка.

— Ладно, что мы тут стоим! Надо погрузить вещи в вагон! — спохватилась миссис Уизли.

— Ты права, Молли. Осталось десять минут до отхода поезда, — кивнул мистер Уизли.

Вскоре Фред и Джордж сидели в купе с Ли Джорданом, их лучшим другом, Джинни сидела вместе со своими школьными подругами в самом первом купе, а неразлучная троица и Сириус сидели в одном купе. Которое Гарри и его крёстный заняли ещё до прихода Рона и Гермионы.

Только поезд отошёл от перрона, Сириус тут же превратился в человека. Он заявил, что до прибытия в Хогвартс хочет как можно дольше оставаться человеком, потому что в школе такая возможность вряд ли будет. А быть псом не такое уж и легкое дело.

В весёлых разговорах и спорах прошло несколько часов. А между тем погода всё больше портилась. Небольшой дождь сменил сильный ливень с ветром, потом небо потемнело, и всё замерло. Так бывает иногда перед грозой, когда природа чувствует приближение ненастья.

Ребята поёжились. Внезапно грянул гром. Все четверо подскочили на сидении, а Букля громко и недовольно ухнула в своей клетке. Живоглот мяукнул так протяжно и тоскливо, что по спине пробежали мурашки, а Гермиона прикрикнула на кота:

— Глотик, не нагоняй тоску!

Дверь в купе медленно открылась. В купе вошли трое. Сверкнула молния. В её свете ребятам показалось, что это три высокие фигуры, облачённые чёрные плащи, которые выглядели довольно жутко. Секунда, и на месте высокого худощавого волшебника, сидевшего напротив ребят, оказался большой чёрный пёс. Прошла ещё секунда, прежде чем Гарри, Гермиона и Рон поняли, что эти три фигуры — фигуры их заклятых врагов, Драко Малфоя и его телохранителей Кребба и Гойла.

— О, Поттер, какая встреча! — произнёс Малфой, оглядывая помещение холодным взглядом своих голубых глаз. — А я-то думал, что тебя убили-таки Упивающиеся этим летом. Какая жалость, что у них это не получилось. Хотя… — теперь он смотрел на неразлучную троицу, — ты ведь окружён телохранителями, так что это не удивительно.

— Убирайся подобру-поздорову, Малфой, — сквозь зубы процедил Гарри.

— А мы тут хотели расположиться. Остальные купе переполнены. Но придется подыскать себе другое место, я же не могу сидеть рядом с грязнокровками.

Гарри и Рон соскочили с сидения. Сириус зарычал. Гермиона отреагировала на это оскорбление довольно спокойно. Она встала и подошла вплотную к Драко. У того на поясе, в ножнах, болталась шпага. На пятнадцатилетнем подростке он выглядела довольно глупо и нелепо, как на младенце пиджак.

— Смотри, не порежься этим ножичком, Малфой. — насмешливо сказала девочка, — вряд ли твой папочка разрешал тебе играть с настоящей шпагой, ты наверняка просто стащил её у него. К тому же шпага — это оружие благородных и храбрых людей.

— Замолчи, ты, никчёмная магла, — тихо, с ненавистью, произнёс Драко. Гермиона без всяких эмоций во взгляде посмотрела ему в глаза, Драко отвёл взгляд. Рон сжал кулаки так, что у него побелели костяшки пальцев. Сириус вскочил с места, но Гарри ловко схватил его за загривок, не дав сделать не шагу. Гермиона снова посмотрела на Малфоя, но тот не поднимал на неё своего взгляда. Девочка удовлетворённо улыбнулась и села. Эту битву с Драко она выиграла. Малфой молча вышел, за ним, точно по команде, вышли и Кребб с Гойлом. Рон только открыл Рон, но Гермиона резко сказала:

— Давайте не будем об этом!

— Ладно, не будем. — Согласился Рон.

Тут из коридора донёсся звон тележки, на которой обычно продавщица в Хогвартс-Экспрессе развозит сладости.

— Отлично, я проголодался, — весело сказал Гарри. А ты, Бродяга?

— Пёс воодушевлено гавкнул, а ребята весело и с облегчением рассмеялись.

* * * Дождь лил такой, что казалось, что наступил второй Ноевский потоп, а Хогвартс, это нечто вроде ковчега, куда все стремятся, где сухо и тепло. Дождь так барабанил по спине, лицу, рукам, что становилось больно. Бродяга бежал, поджав хвост, рядом с ребятами. Справа и слева мелькали другие ученики, старавшиеся как можно быстрее добежать до приветственно распахнутых дверей Хогвартса.

И вот, наконец-то, над головами вымокших до нитки Гарри, Рона, Гермионы и Сириуса оказался высокий потолок Хогвартса. Из Большого зала доносились шум и смех. Бродяга тут же принялся отряхиваться, окатив с ног до головы водой трёх друзей, а так же четырех шестекурсниц-слизеринок и профессора МакГонагал, которая, видимо, направлялась к ним. Профессор неодобрительно посмотрела на пса, а потом подошла к Гермионе и сказала ей:

— Мисс Грейнджер, вы можете пройти ко мне в кабинет?

— Конечно, профессор МакГонагал, — кивнула девочка. Было видно, что она взволнована. — Вы меня подождёте? — спросила она у Рона, Гарри и Сириуса. И, не дождавшись ответа, зашагала по коридору в сопровождение профессора. Через десять минут она вернулась абсолютно счастливая.

— Меня назначили старостой! Профессор МакГонагал сказала, что я гордость факультета Гриффиндор, и что лучшей старосты, чем меня, не найти!

— Тебя назначили старостой? И что в этом хорошего? — спросил Рон абсолютно серьёзно.

— Рон, не смешно! — обиженно воскликнула Гермиона.

— А кто смеётся? Я например, очень расстроен тем, что теперь стала мисс Я-Всегда-Придерживаюсь-Правил, — Рон старательно скрывал улыбку.

— Знаешь Рон, ты просто… — начала девочка.

— Ладно, Герми, Рон, прекратите! — Гарри прервал их перепалку. — Пойдёмте лучше в зал.

— Хорошо, пойдёмте в зал, — сразу остынув, согласилась Гермиона. — Бродяга, пароль для прохода в нашу гостиную «синий поросенок».

— Жди нас там, — кивнул псу Гарри, и тот побежал по коридору в направлении гостиной Гриффиндора, ребята пошли в Большой зал.

Тысячи свечей освещали главный зал Хогвартса, ученики сидели за столами и о чём-то громко разговаривали, учителя сидели за своим столом, а в центре, в большом и красивом кресле сидел Альбус Дамболдор. Он не постарел ни на день со времени их прошлой встречи с Гарри, его озорные глаза всё так же поблескивали из-за очков-половинок. Всё было по старому, но Гарри заметил за учительским столом много новых лиц. Большой Зал нисколько не изменился с прошлого года. Неразлучная троица села за стол Гриффиндора, и внезапно в зале повисла тишина. Сейчас должно было начаться распределение новых учеников по факультетам.

МакГонагал шла по каменному полу между столов, каблуки её ботинок мерно цокали в полной тишине. За ней гуськом, с опаской поглядывая на учительский стол, бесшумно двигались ученики. Шляпа открыла рот и пропела свою песню, ученики обсохли и заметно приободрились. Гарри, несмотря на голодное урчание в животе, с интересом стал наблюдать за распределением. МакГонагал развернула свиток пергамента, и сказала первоклашкам:

«Как только я назову ваше имя, вы подойдете к Шляпе и наденете её. Она определит, на каком факультете вы будете учиться. Итак, Аттенбери, Сильвия!

Девочка, ещё раньше привлекшая внимание Гарри тем, что она была на голову выше всех первокурсников, осторожно вышла из толпы ребят, подошла к Шляпе и с опаской надела её…

— ГРИФФИНДОР. — через несколько секунд выкрикнула Шляпа. Сильвия торопливо встала с табурета и направилась к гриффиндорскому столу. У неё были большие, немного наивные карие глаза, длинные тёмные волосы и искренняя улыбка, которая сразу понравилась Гарри. Сильвия села за стол рядом с ним.

Мальчик по имени Мальколм с белым лицом, на трясушихся ногах подошел к шляпе и надел её.

Гриффиндорский стол приветственно зааплодировал смущённой Ванессе.

Гарри проследил глазами, как Юстиан с радостной улыбкой сел за слизеринский стол, напротив Малфоя и про себя отметил, что парень, похоже, не понимает, куда попал.

Таня, девочка с двумя озорными светлыми косичками вприпрыжку побежала к своему столу и плюхнулась на стул рядом с Джорджем.

Распределение всё шло и шло, и Гарри заметил, что в этом году гораздо больше первоклашек, чем было раньше. МакГонагал уже перешла через букву «Ц», и тут Гарри заметил маленькую хрупкую девочку, напомнившую Гарри одну из его знакомых.

— Чжанг, Чинара! — девочка быстро выскользнула из толпы и смело, с высоко поднятым носиком направилась к шляпе.

Гарри обернулся и посмотрел на стол Рейвенкло. Чжоу Чжанг хлопала сестрёнке, но, заметив на себе взгляд мальчика, улыбнулась ему. Юный Поттер покраснел и уставился в пустую тарелку.

Когда Михаэль сел на своё место за столом факультета Рейвенкло, Дамболдор встал, и обвёл зал приветственной улыбкой.

— А теперь я хочу представить вам трёх личностей… Они приехали к нам по обмену из Шарбантона. Прошу приветствоать: Жанна Деврансе, Лили Эванс, Мери-Сью Мадлен!

Двери в Большой зал распахнулись, и внутрь вошли девочки лет 15… Гарри слегка присвистнул, каждая из них была невероятна красива. Но его очень удивило то, что одна из них носит имя и фамилию его матери. Девушки подошли к профессорскому столу, и присели в лёгких реверансах. Та из них, что была в центре, на чистейшем английском сказала директору:

— Спасибо вам, Дамболдор, за столь тёплое приветствие.

— Не за что, Лили. А теперь, думаю, вас надо распределить по факультетам.

После того, как все три девушки сели за стол Рейвекло, многие мальчишки в зале пожирали прекрасных француженок восхищенными взглядами, в том числе и Малфой, долго рассматривавший улыбающеюся кокетливой улыбкой Лили.

— Ну а теперь. Я хотел бы представить вам новых профессоров…

— Профессоров? — Гермиона наклонилась к уху Гарри, — но профессор должен быть всего один…

Гарри только отмахнулся.

— К сожалению, мадам Помфри больше не будет заведовать Больничным крылом. Она уехала по срочным делам в Канаду… Но мы нашли ей достойную замену… Встречайте… Лина Милт!

Зал громко захлопал. Линой оказалась симпатичная блондинка с длинными, ниже пояса, вьющимися волосами. У неё были большие голубые глаза, красивые полные губки и ослепительная широкая улыбка. Одета она была в белую мантию с голубым поясом, а в волосах у неё был блестящий голубой обруч.

— Профессор Трелони этим летом покинула нашу школу, сказав, что здешняя обстановка сильно затуманивает её «внутреннее око»… Конечно, трудно было найти специалиста лучше неё, — при этих словах Дамболдор слегка хмыкнул, — но нам милостиво предоставила свои услуги замечательный специалист по предсказаниям… Виктория Милт!

Громкие аплодисменты. Трое лучших друзей переглянулись: Вика была похожа как две капли воды на свою сестру (а они с Линой были сёстрами), за исключением того, что у неё были довольно короткие тёмные волосы и большие блестящие карие глаза, в которых отражался весь зал. На ней была пурпурная мантия с красным поясом, а в волосах блистал красный обруч.

— Хагрид в этом году не будет вести Уход за магическими существами, — Гарри, Рон и Гермиона с удивлением взглянули на Хагрида, сидевшего за профессорским столом. Великан кивнул головой на директора, мол, послушайте его, он всё объяснит. — Хагрид вынужден отлучиться для выполнения моего задания, и сам выбрал нового профессора, с которым очень хорошо знаком… Джулия Милт! Зал снова заоплодировал. Джулия была будто срисована со своих сестёр, но художник пририсовал ей огненные волосы и зелёные глаза. Девушка была облачена в рыжую мантию с зелёным поясом, а рыжие волосы эффектно украшал зелёный обруч.

— Наверное, вам всем интересно узнать, кто же стал вашим новым профессором по Защите от тёмных сил… Прошу… Кристиан Орсини!

Взгляды всех девочек тут же приковались к новому профессору. Гермиона шепнула на ухо Парвати: — А он ничего, не находишь?

Это было не похоже на Гермиону. Панси согласно кивнула. Гарри и Рон быстро нашли причину этого странного восхищения. Профессор Кристиан был высоким, черноволосым, бледнокожим, необычайно красивым… Даже слишком красивым. Как показалось Гарри. Рон с неудовольствием смотрел на Гермиону, чересчур пристально разглядывавшую нового учителя.

— А теперь, — Дамболдор поднял руку, и все взгляды тотчас же переметнулись с Кристиана на него, — ешьте… — он опустил руку, и пустующие тарелки тут же наполнились едой. И тут же началось знакомство с первокурсниками Гриффиндора. Всего их было восемь, четыре мальчика и четыре девочки. Малыш Сэм Эвернгред был белобрысым ирландцем, преданным фанатом квиддича, и, особенно, ирландской команды. В знак этого он, как выяснилось, всегда носил шарф с изображением трилистника, и даже спал с ним. Денри Ландерт, симпатичный англичанин со светлыми волосами, голубыми глазами и широкой добродушной улыбкой. Он был футболистом, и даже не слышал о такой вещи, как квиддич, снитч, бладжеры, отбивалы… Чинара Чжанг была сестрою Чжоу Чжанг, девочки, которая очень нравилась Гарри. Чинара была маленькой, с высоко поднятым носиком и маленьким хвостиком тёмных непослушных волос. Её чуть прищуренные, и от этого казавшиеся хитрыми глаза, блестели, как два сапфира. Ян Браун был высоким черноволосым шотландцем, с немного грустным, озабоченным лицом. Его брат, Джен Браун, был совершенно другим. Он был блондином с весёлым, добродушным лицом и ослепительной улыбкой. Таня Гроттер, весёлая девочка со светлыми хвостиками и озорными глазами, производила впечатление ужасной хулиганочки. Ванесса Ваттери с серьёзным лицом слушала проповеди Гермионы о школьных правилах. И, наконец, Сильвия Аттенбери… Она широко искренне и с каким-то облегчением улыбалась, смеялась и разговаривала с Таней. У неё был тихий, приятный голос, добрая улыбка и длинные, до пояса, тёмные волосы. Через несколько минут она повернулась к Гарри и протянула ему руку.

— Сильвия, — она улыбнулась.

— Гарри Поттер, — мальчик пожал ей руку и вдруг вскрикнул от внезапной боли… В шраме…

— Ты в порядке? — Сильвия с тревогой посмотрела на него.

— Д… Да… — запинаясь, проговорил Гарри. Боль прошла так же внезапно, как и появилась…

* * * Ужин быстро пролетел за весёлыми разговорами, и пришло время идти в гостиную. Но для начала Гарри, Рон и Гермиона хотели поговорить с Хагридом. Великан уже вышел из-за стола и направлялся к выходу. Ребятам пришлось догнать его.

— Хагрид, зачем ты уезжаешь? — с места в карьер начала Гермиона.

— Э… Дамболдор дал мне задание… Да и не ваших умов это дело… — Хагрид явно не хотел отвечать на этот вопрос.

— Скажи нам. Ты едешь к великанам, ведь так? — Рон вопросительно взглянул на лесничего.

— Я ведь говорю, не ваших умов это дело! — Хагрид повысил голос, но потом наклонился к ребятам, они окружили его плотным кольцом и он тихо, что бы никто не услышал, сказал, — если вам честно всё сказать, то да. Мы с Мадам Максим отправляемся сейчас прямо, вот. Она завезла девочек, и мы отправляемся с ней в Альпы. Там большое поселение великанов, там же их глава живёт. Мы с ним должны поговорить, предложения Дамболдора выдвинуть. Опасное это дело, конечно, я ж сначала не хотел, чтоб мадам Максим ехала, не женское это дело ведь. Но она настояла, и вот, отправляемся.

— Как жаль что ты не будешь вести у нас Уход за магическими существами, — сказал Гарри.

— Да, мне тоже жаль, конечно. Я свою работу ох как люблю, но вы то не волнуйтесь. Малышка Джулия вам такого жару задаст. У неё прям нюх на всяких интересных существ. Да и вообще — три сестры Милт стоят вместе целого Министерства Магии. Они дружные очень, никогда друг без друга далеко не уезжают. Да и профессор по Защите у вас — такого профессора поискать надо! Правда, он не совсем обычный, этот профессор… Ой! — они взглянул на огромные часы с потёртым толстым кожаным ремешком, видимо из драконьей кожи, — что-то я с вами заговорился. Уже опаздываю! — и он поочерёдно зажал Гарри, Гермиону и Рона в своих железных объятиях, чуть не свернув всем троим челюсти и не переломав все рёбра. А потом просто ушёл.

Ребята с минуту постояли в молчании, а потом Гермиона, спохватившись, воскликнула:

— Ой, мне же ещё надо отвести первокурсников в гостиную! — и она побежала к гриффиндорскому столу, попутно поправляя свой значок старосты.

— По-моему, ей понравится её новая должность… — сказал Рон Гарри.

— Знаешь, мне тоже так кажется, — серьёзно сказал Гарри, а потом оба друга рассмеялись, увидев, как Гермиона строит учеников парами, попутно рассказывая важным голосом правила школы, которым она сама едва ли придерживается. Ребята подошли к ней.

— Что, Герми, тяжёлая миссия старосты? — Рон с усмешкой взглянул на неё.

— Ой, да… У старост столько обязанностей… Я боюсь, что на уроки будет оставаться слишком мало времени… И я… Я даже не видела свою новую спальню! — произнесла девочка, не замечая усмешки в голосе парня.

— И… Наверное, у тебя не останется времени даже протирать свой значок, — добавил Гарри. — Да… Э… Что? — новоиспечённая староста поняла, что над ней насмехаются и обижено добавила, — мне надоело терпеть ваши усмешки! Ничего смешного в этой должности нет!

— Кроме того, что на неё назначают самых больших зануд и паинек школы… — осторожно сказал Рон. — Вы просто мне завидуете! — выпалила Гермиона, и не оборачиваясь, пошла прочь из зала, увлекая за собой толпу первоклашек. Рон с Гарри двинулись за ней.

В коридоре, ведущем на главную лестницу, им представилось удивительное зрелище. Три француженки, стоя у каменной стены, лениво наблюдали за тем, как мальчишки изо всех факультетов борются за право устроить им экскурсию по замку. К Лили подошёл четверокурсник из Пуффендуя и протянул ей руку. Та с улыбкой её взяла.

— А не хочет ли девушка пройтись со мной? — раздался из-за спины пуффендуйца голос. Тот обернулся и столкнулся лицом к лицу с Драко Малфоем.

— Нет, извини, она уже приглашена мной, — парень вызывающе взглянул на Драко.

— А я так не думаю… — слизеринец докоснулся рукой до эфеса шпаги. — Хочешь проверить остроту моего клинка? Он очень острый, поверь мне… Может, ты всё же пойдёшь со мной? — спросил Малфой, обращаясь уже к Лили.

— Ну… Давай, — девушка протянула ему руку и тот, взяв её, повёл по коридору. Вслед им смотрела, раскрыв от возмущения рот, Панси Паркинсон, не до конца верившая в предательство своего бойфренда. А Драко пребывал в высшей степени блаженства, чувствуя на себе завистливые взгляды других мальчишек.

Это интересно:  Несовершеннолетние наследники и долги наследодателя 2019 год

Гермиона бросила на него неодобрительный взгляд и повела первоклашек дальше. Рон и Гарри двинулись за ней.

— Смотри, как она прекрасно управляется с ними, — шепнул Рон на ухо Гарри.

— Тебя не понять. Сперва ты смеёшься над ней, а потом восхищаешься! — Гарри посмотрел на своего друга с любопытством.

— Я иногда сам себя не понимаю. Просто она так удивительно со всем справляется! Всё всегда успевает!

— Она тебе нравится, Рон? Ведь правда?

— Не-е-ет… Это совсем другое… Просто восхищаюсь ей. Ничего больше, — ответил смущённый парень. Гарри ничего не понимал. Что стало твориться с Роном и Гермионой последний год. Бесконечные ссоры, разбирательства, обиды. Он не мог понять, что же стряслось с его друзьями. Вот идёт Гермиона, а Рон смотрит на неё. Вот она вдруг обернулась, и Рон тут же отводит взгляд в сторону, делая вид, что увлечён созерцанием каменных стен. Гермиона внимательно смотрит на него несколько секунд, потом снова отворачивается и идёт дальше. Всё это странно и непривычно. Гарри вздохнул и побрёл дальше.

— Запомните, пароль: «синий поросёнок»! — староста повернулась к толпе ребят, когда они дошли до входа в гостиную Гриффиндора. — Так, отлично, полезайте сюда.

Ребята, один за другим, полезли в открывшийся проход и оказались в уютной комнате, освещаемой камином.

— Так, спальня мальчиков — по коридору направо, спальня девочек напротив! — сказала Гермиона, и первокурсники тут же направились в указанное направление, сладко позёвывая и буквально засыпая на ходу. А у камина лежал, устремив свои тёмные глаза на пылающий огонь, Сириуса. При виде ребят он тут же вскочил и подбежал к ним.

— Может, пойдём, посмотрим мою новую комнату? — предложила Гермиона, и они отправились за ней вверх по каменной лестнице. Поднявшись до её конца, дети оказались у тяжёлой дубовой двери.

— Профессор МакГонагал сказала, что только я могу её отпереть, — произнесла девочка, доставая откуда-то массивный железный ключ.

— С каких это пор в Хогвартсе пользуются ключами? — удивлённо спросил Рон, — все двери заперты на заклинания.

— Не знаю, — пожала плечами Гермиона. — Профессор дала мне этот ключ и сказала пароль.

С этими словами она вставила ключ в скважину замка и с трудом повернула его. Послышался щелчок и дверь внезапно исчезла, как будто её вовсе не было. На её месте оказалась стена, на которой висел портрет темноволосой девушки в восточных одеждах на ковре-самолёте.

— Пароль, — потребовал её нежный голосок.

— Тысяча и одна ночь, — твердо ответила ей староста.

— О! Восток, Восток, самый восточный Восток! — закатила глаза девушка на портрете. — Ты, должно быть новая староста Гриффиндора, верно? Меня зовут Ревекка, а тебя?

— Очень приятно, Гермиона.

— И мне очень приятно, представь себе! А эти с тобой? — она окинула взглядом Гарри, Рона и Сириуса.

— Да, а теперь можно я войду?

— Конечно, милочка, о чём речь! — и стена исчезла, как и дверь, обнажая проход в комнату. О! Что это была за комната! Гарри она напомнила кабинет директора, но она была намного просторнее. Внизу располагались книжные полки, письменный стол, котёл и различные ингредиенты для зельеварения, а также сундуки с вещами Гермионы. Пол украшал ковёр в виде герба Хогвартс. Помещение освещал камин, в котором весело потрескивали дрова. Наверху располагался небольшой выступ, к которому вела причудливая лестница. На выступе стояла огромная кровать с пологом. Также наверху была маленькая дверка, за которой располагался большой балкон. Когда ребята и пёс вышли на него, их взорам открылось изумительное зрелище. На тёмном небосклоне миллионами огней сверкали звёзды.

— Теперь и на Астрономию ходить не надо… У тебя тут даже телескоп есть… — присвистнул Рон. И действительно, у края балкона стоял телескоп, а рядом с ним два стула.

— Вот ещё! Ты что, ко мне будешь каждый вечер приходить? — фыркнула староста.

— Если ты не против, конечно, — усмехнулся Рон.

— Против! Если мы не будем ходить, нам достанется от Профессора Синистры! — Гермиона круто развернулась и зашагала к подзорной трубе. Поудобнее усевшись на стул, она взглянула в объектив и тут же раздался её восхищённый вздох:

— Вот это да! Всё небо как на ладони!

Бродяга оглянулся по сторонам, немного подождал и вновь стал человеком. Он поднял глаза к небу и указал на одно созвездие рукой.

— Видите, это созвездие Дракона, по латински оно называется Draco.

Гарри и Рон посмотрел туда, куда он показывал. Действительно, созвездие напомнило им по очертанием дракона. Даже Гермиона отвлеклась от созерцания звёзд в подзорную трубу и посмотрела на созвездие.

— Красивое… Так откуда взялось имя нашего милого Малфоя! С неба! — Гарри слегка ухмыльнулся.

— Драко Малфой? Это случайно не сын Люциуса Малфоя? Люциус всегда был порядочной сволочью, наверняка его сын такой же, — произнёс Сириус, не отрывая взгляда от неба и словно ища что-то на нём.

— Да, это он. Вы с ним встречались в коридоре. Драко явно пошёл в своего папочку. — сказал Рон. — Да… Но внешностью пошёл в Нарциссу.

— А ты знал его мать? — спросил Гарри.

— Да, хорошая была девушка, пока не вышла замуж за придурка Луциуса, — Блек тяжело вздохнул. — Смотрите, а это созвездие Ориона! Едва нашёл его на небе. Давненько я звёзды не разглядывал!

— А ты что, увлекаешься астрономией? — удивилась Гермиона.

— В своё я знал наизусть название каждого созвездия, каждой звёздочки.

— Здорово! Говорю вам, не надо больше ходить на Астрономию, у нас даже свой учитель есть! — воскликнул Рон и тут же съёжился под грозным взглядом Гермионы. Гарри и Сириус рассмеялись при виде Рона и Гермионы, которые напоминали подчинённого и босса. Рон же одарил Гермиону взглядом, в котором скользило обожание.

Глава вторая.
Вампиры, предсказанья, двойные анимаги и прочие хогвартские штучки

Гарри открыл глаза. Потом несколько минут просто пролежал, уставившись в полог над кроватью. До него стало медленно доходить, что он вернулся домой, он вернулся в Хогвартс. Вдруг он вскочил и подбежал к окну. Лил сильный дождь, но от этого становилось гораздо уютнее… Гарри был счастлив. По — настоящему счастлив. И плевать ему было на Вольдеморта, он вернулся в Хогвартс. Мальчик опёрся руками на подоконник, и долго смотрел на капли падающего дождя. Окрестности Хогвартса казались ещё более волшебными, чем всегда. Сначала он даже не заметил, что рядом с ним, положив передние лапы на подоконник, стоит и смотрит в даль чёрный пёс. А когда заметил это, то обнял Сириуса за шею и тихо, но с какой-то счастливой торжественностью в голосе сказал ему:

— Ну, вот мы и дома, Бродяга…

Пёс кивнул и лизнул гаррину руку. Тот засмеялся и ещё крепче обнял крёстного. И ещё долго, пока все не проснулись, мальчик и собака сидели и смотрели в окно, даже не подозревая, что этот год изменит судьбы практически всех…

* * *
— Так, что у нас сегодня… — Рон просматривал расписание, выданное только что Гермионой, и умудрялся в это же время поглощать огромными порциями яичницу, — интересно, у нас первая Защита, потом Прорицания, Уход За Магическими Существами, Трансфигурация, Зелья… О нет! — простонал он.

— Здорово! — сказала Гермиона. — Мы первыми узнаем, какой он, этот Кристиан.

— Мне показалось, он тебе понравился… Как и всем девчонкам в Хогвартсе, — хмыкнул Рон.

— Я сужу о людях не по внешности! — раздражённо выпалила девочка.

— Ну конечно! Не по внешности она судит! Рассказывай сказки!

— Да, не по внешности. И я не поддаюсь на чары всяких там вейл!

— О да! Ты сам идеал во всех отношениях!

— В отличие от тебя, Рональд Уизли!

Гарри сделал титаническое усилие, проглотив огромный кусок ветчины, который он жевал и воскликнул:

— Тайм-аут! Для вас лучше жевать, чем говорить! Раздуваете скандал ни из чего!

Рон и Гермиона уткнулись в свои тарелки, а Гарри, уже поевший, направился, не дожидаясь их, в гостиную Гриффиндора.

— Гарри! — на выходе из Зала Поттера окликнул чей-то голос. Тот обернулся и столкнулся лицом к лицу с Чжоу Чжанг.

— Привет, Чжоу… — пролепетал мальчик.

— Привет, Гарри. Я просто хотела попросить тебя… Приглядывай за моей сестрёнкой. Просто где бы ни была Чинара, там сразу начинается погром! Видел бы ты, что она натворила, когда мы приехали в гости к дедушке! — Чжоу улыбнулась, а Гарри залился краской.

— А… Ну конечно, разумеется…

— Спасибо! — Чжоу просияла. — Пока! Я спешу на Магловеденье! — она помахала ему рукой и убежала. А Гарри вздохнул. Как ему всё же нравилась Чжоу Чжанг. Даже этого мимолётного разговора хватило на то, что бы Гарри весь оставшийся день вспоминал её улыбку. А голос у неё такой звонкий, такой мелодичный… Но он покачал головой и направился в гостиную, надо успеть дойти дотуда, прежде чем Гермиона и Рон кончат есть. Гарри был не в состоянии слушать их перепалки каждый раз, когда Рон или Гермиона открывают рот.

Пройдя через вход в гостиную, он поднялся в спальню мальчиков, взял учебники и спустился обратно. Гостиная была пуста, если не считать двух сидящих в уголке в креслах второкурсников, яростно о чём-то спорящих и Джинни Уизли, которая сидела перед камином в кресле, подогнув под себя ноги, и читая книгу, которая, судя по тому, с каким увлечение Джинни её читала, была очень интересной.

— Привет, — Гарри подошёл к ней сзади и легонько тронул девочку за плечо. Та подпрыгнула, будто её ударили током, и резко развернув голову, со страхом посмотрела на Гарри.

— Господи, Гарри, ты меня так напугал! Ты так тихо подошёл и так неожиданно… Я… Я…

— Извини, Джинни, — Гарри обошел кресло и теперь стоял лицом к девочке. Мальчик прочитал название книги: «Особо сильные зелья и их применение».

— С каких это ты пор начала увлекаться зельями? — удивлённо спросил мальчик. Джинни, к его удивлению, покраснела, захлопнула книжку, и, быстро вскочив и пробормотав что-то вроде: «Прости, я уже опаздываю на урок!», выбежала из гостиной. В проходе она столкнулась с Роном и Гермионой, возвращавшимися с завтрака. Гарри заметил, что они были необычно тихими. Гермиона посмотрела на второкурсников, сидевших в углу, и спросила у них:

— Какой у вас урок?

— Зельеварение, — ответил один из них.

— Вы что, хотите чтобы Снейп снял с Гриффиндора 100 очков? Марш на урок! — строго сказала Гермиона. Второкурсники быстро соскочили с места, схватили сумки, лежавшие рядом с ними, и стремглав выбежали из гостиной. Гермиона проводила их грозным взглядом, а потом подошла к близ стоящему креслу и с усталым вздохом плюхнулась в него.

— Что случилось? — спросил Гарри у своих друзей.

— А? Что? Ничего не случилось, с чего ты взял, что что-то произошло? — Гермиона откинула назад прядь волос, закрывавшую глаза. Потом она встала и сказала:

— Пойдёмте на уроки. Нам уже пора.

Рон молча кивнул и поплёлся наверх за учебниками. Гермиона пошла с ним. Через несколько минут они вернулись. Гарри, Гермиона и Рон вылезли через проход, ведущий в гостиную, спустились на третий этаж, прошли по коридору, маневрируя через потоки учеников, открыли совместными усилиями тяжёлую дубовую дверь, которая, на их памяти, всегда была открыта, и оказались в кабинете по Защите От Тёмных Сил. Первое, что их встретило, была темнота. Все окна были закрыты ставнями так плотно, что в помещение не проникал ни один солнечный лучик. Комнату освещали множество свечек. Лаванда с Парвати сидели за партой, о чём-то перешептываясь, Дин Томас и Симус Финиган, завидев Гарри, подошли к нему и спросили:

— Гарри, в команде Гриффиндора ведь не хватает вратаря и охотника?

— Да, Анжелина и Вуд закончили Хогвартс, и эти должности свободны, — ответил Гарри.

— А когда вы будете набирать игроков. И кто новый капитан?

— Не знаю, мы ещё не решили. Но когда я узнаю, обязательно скажу.

— Хорошо Гарри… — только и успел сказать Дин, прежде чем дверь, ведущая в кабинет профессора, отворилась. Класс притих. Рон, Гермиона и Гарри быстро сели на свои места, положив учебники на парту. Мы уже говорили, что профессор Кристиан был очень симпатичным. Но он был ещё и черезвычайно бледным. Его бледнота особенно выделялась в темноте класса. У него были тёмные, практически чёрные глаза, которые странно блестели в свете свечей. Глаза эти могли сначала показаться жестокими и холодными, но на самом деле в них была какая-то необъяснимая доброта и мягкость. Его чёрные волнистые волосы мягко спадали на плечи, как бы довершая образ стандартного красавчика, героя девичьих сердец. Профессор подошёл к учительскому столу, обвёл класс взглядом, и тихо, но отчётливо, произнёс :

— Итак, я ваш новый учитель по Защите От Тёмных Сил. Зовите меня «Профессор Кристиан», хорошо? — он слегка ухмыльнулся, и Гарри заметил, как у Гермионы побелело лицо. — Я не очень требователен, но советую слушать меня на уроках. Вопросы задавать только тогда, когда я окончу говорить. И разумеется соблюдать дисциплину на уроках. Всё поняли? — класс кивнул. — Очень хорошо. Тогда начнем урок. — Кристиан взял со стола учебник, открыл его на первой странице и прочёл про себя заголовок. Потом снова усмехнулся, захлопнул книжку, небрежно положил её обратно на стол и сказал:

— Отложите учебники в сторону. Сегодня они вам не будут нужны. Создатели учебника решили, что вам пора ознакомиться с одними из самых опасных существ — с вампирами.

Профессор вдруг круто развернулся и посмотрел в сторону Лаванды и Первати. Те тихо перешептывались о том, насколько Гарри мог их услышать, как симпатичен профессор Кристиан.

— Минус десять очков с Гриффиндора. Пять с вас, Лаванда, и пять с вас, Парвати. Я же сказал, на моём уроке не разговаривать, пока я не разрешу, — жёстко отчеканил профессор.

Лаванда и Парвати сразу же замолкли и прекратили обсуждения «бездонных глаз этого красавчика». Кристиан удовлетворённо хмыкнул, потом быстро подошёл к столу и сел на него, подвинув несколько свитков пергамента и свою волшебную палочку.

— Прежде всего я хочу, чтобы вы узнали, кто я. Вряд ли вам это понравится… Я — вампир, — профессор улыбнулся тому ужасу, который отразился на глазах ребят. — Не бойтесь, я не кусаюсь. И кровь вашу пить тоже не собираюсь. Просто вам придется работать при свете свечей и не шарахаться от меня каждый раз, когда я улыбаюсь. — Кристиан снова улыбнулся, и ребята увидели его клыки. Маленькие, белые, даже на вид казавшиеся очень острыми. — Ладно, сегодня я вам расскажу о вампирах.

Кристиан тяжело вздохнул.

— Всем известно, что вампиры пьют кровь. Но многие считают, что вампирам нужна именно кровь. Это не так. Если вампирам нужна только кровь, то почему они не пьют кровь мертвецов? Нет, вампирам нужна жизненная сила людей. Только жизненная сила людей делает их бессмертными. Вампира практически не возможно отличить от человека. Только разве что по неестественной бледности, и по тому, что они не отражаются в зеркалах. Да и по клыкам, которые, кстати очень трудно разглядеть в темноте. Ведь вампиры не выходят на улицу днём. Аллергия на солнечный свет, да и вообще на всё, что прекрасно для людей. — Кристиан посмотрел на тяжёлые ставни, закрывавшие окна, ставни, спасавшие его от солнца, его погибели. — Распознать вампира тяжело, но уничтожить ещё сложнее. Не думайте, что если есть много способов уничтожить вампиров, то это легко сделать. Какие вам известны способы уничтожения вампира? — он оглядел класс. Гермиона тут же подняла руку. Но профессор даже не взглянул на неё.

— Невилл, скажи мне хотя бы три способа уничтожить или защититься от вампира, — тихо произнес он, взглянув на мальчика, который съёжился под этим взглядом.

— Ну… Осиновый кол… — неуверенно начал Невилл.

— Не бойся, говори поуверенней, всё правильно, — подбодрил профессор.

— Чеснок, Святая вода… Чертополох… — чуть поуверенней сказал мальчик.

— Десять очков Гриффиндору, — вампир был доволен. — Я скажу другие способы, а вы их запишите…

* * *
— Кристиан мне понравился, сказал Рон, идя вместе с Гарри на Прорицание. — Он, конечно вампир, красавчик, будующий герой девичьих сердец, но как он интересно рассказывает!

— Да… Но он странный. Вроде добрый, но так привязался с этой дисциплиной. Чуть что, сразу очки снимает.

— К нему надо привыкнуть. А вот какая наша новая учительница по Прорицанию? Если она окажется похожей на Трелони, я лучше пойду учить Руны!

Но Вика оказалась не такой. Она вообще была никакой. Не весёлой, не грустной, строгой, не доброй, никакой. Её обращение показалось Гарри довольно холодным. Вика сидела на полу, скрестив ноги, перед ней стоял сосуд в форме куба, наполненный красноватым паром. На профессоре была длинная пурпурная мантия. Окна в кабинете были распахнуты, и внутрь пробивались солнечные лучи. Это было одно из немногих солнечных дней за последние два месяца. Свежий ветерок раздувал короткие тёмные волосы Вики, а карие глаза были устремлены на ребят.

— Садитесь, — Вика кивнула на лежавшие вокруг неё подушки.

Через несколько минут, когда все заняли свои места, профессор начала:

— Нам нужно заглядывать в будущее, чтобы узнать, что с нами случится, чтобы узнать свою судьбу. Но для того, чтобы научиться этому, вы для начала должны узнать себя, свой внутренний мир. Это самое важное. Я не говорю, что профессор Трелони плохо вас учила, просто она учила так, что понимали не все, ведь так? — все, за исключение Лаванды и Парвати, с неодобрение поглядывающих на Вику, кивнули. — Я помогу вам заглянуть в будущее, но вы должны хотеть этого, и понимать себя, свои желания. Сегодня мы… — профессор запнулась. — Ведь у каждого, наверное, есть в прошлом какая-то тайна, которую они хотели бы разгадать? Каждый из вас, наверное, хотел бы заглянуть в прошлое? — почему-то неуверенно продолжила профессор Милт. — Этот сосуд называется Пастсиимус. Он даёт возможность заглянуть в прошлое всем, кто этого хочет, но только один раз в жизни.

— А можно посмотреть на царицу Клеопатру, когда её одевают слуги? — спросил Дин.

Все засмеялись, но на лице Вики не мелькнуло ни тени улыбки.

— Можно, — сухо ответила она.

— Только раз в жизни, и больше никогда? — спросил Невилл.

— Да, так что подумайте, действительно хотите ли вы этого? Прошлое может быть ужасным.

— Можно мне, — Невилл встал, — быть первым?

— Конечно, — Вика встала со своего места. — Садись сюда, загляни сосуд и подумай о том, что ты хочешь увидеть. Невилл сел на подушку, устремил взгляд в куб, глаза его расширились, рот полуоткрылся. Через несколько минут он встал и прошептал:

— Так вот, значит как их… — у него задрожали губы, а в глазах появились слёзы.

Вика ничего не сказала, только обвела холодным безучастным взглядом класс и спросила:

Повисло молчание. Вдруг чей-то голос храбро воскликнул:

Гарри с удивлением понял, что это был его собственный голос. Профессор посмотрела на него и произнесла:

— Ты действительно хочешь этого, Гарри?

Вместо ответа Поттер сел напротив сосуда, и задумался, что бы он хотел бы увидеть? В его прошлом много тайн.

Вдруг его осенило.

Он хотел увидеть, что произошло в ту ночь.

Гарри всмотрелся в красноватый туман. Вдруг из него стали выплывать неясные тени, с каждым мгновением становившиеся всё чётче и чётче. Мальчик увидел гостиную. Около камина сидели черноволосый мужчина и женщина, баюкавшая на руках ребёнка. Гарри узнал в людях Джеймса и Лили Поттеров, а на руках у матери лежал он, маленький Гарри. Джеймс и Лили о чём-то тихо разговаривали. Вдруг раздался скрип давно не смазанной двери. Джеймс Поттер вскочил. В проёме двери показалась тёмная фигура. Отец Гарри вытащил палочку и заслонил собой Лили с ребёнком, что-то крикнув ей. Лили отошла в угол комнаты, тоже достав палочку. Джеймс послал в Вольдеморта красный луч, потом ещё один, и ещё. Лорд покачнулся. Но перед этим он послал в Джеймса Поттера зелёный луч, и отец Гарри упал на пол. У мальчика всё поплыло перед глазами, хотелось кричать, но голос куда-то пропал. Лили что-то прокричала, опустила малыша на пол позади себя и наставила полочку на Вольдеморта. Тот махнул на неё рукой. И его палочка была наставлена на Гарри, выползшего из-за матери. Вольдеморт произнёс заклинание. Зелёный луч, который до этого поразил Джеймса, полетел в мальчика, но Лили бросилась наперерез ему, луч попал в неё и она упала замертво, перед Гарри, устремив мёртвые глаза на него. Какое-то украшение сорвалась с её шеи и упала прямо в маленькие ручки Гарри. Тот заплакал, поняв, что с мамой что-то не так, но всё же не бросил украшение, а только сильнее сжал его, прижав к самому сердцу. Лорд несколько минут смотрел на малыша, ничего ни делая, но потом спохватился и зелёный луч полетел в Гарри. Мальчик выставил вперёд мамино украшение, словно щит, и, невероятно, луч отразился от него, и ударил в Вольдеморта, но слабый, тусклый лучик всё же попал малышу прямо в лобик. Тот заплакал. Уронил украшение на пол. Вдруг из украшения появились красные лучи, они ударили в потолок, в стены, всё задрожало, стены начали рушиться, погребая под собой всю семью Поттеров и то, что когда-то было Лордом Тьмы Вольдемортом. Гарри в последнее мгновение смог рассмотреть, что на украшении был изображён лев. Мальчик отшатнулся от сосуда. Ему было больно. Болело сердце. Гарри не в силах был пошевелиться. Он хотел увидеть разгадку тайны его спасения от Авады Кедавры, а взамен получил только новую загадку. Он увидел смерть своих родителей, увидел, как погибали Лили и Джеймс, его отец и мать. Погибали ради него. Вдруг кто-то дотронулся до его плеча, и голос Вики вывел его из задумчивости :

— Гарри, всё в порядке? — мальчику показалось, что в этом равнодушном голосе промелькнула тревога.

— Да, — Гарри встал. — Можно, я выйду?

— Конечно, — профессор Милт кивнула.

— Я пойду с ним, можно. У меня всё равно нет в прошлом тайн, — произнёс Рон, и, получив утвердительный кивок, вышел из кабинета вместе с другом.

Гарри брёл по коридору, слегка пошатываясь и ничего не видя перед собой.

— Гарри, ты точно в порядке? — обеспокоено спросил Рон, когда его друг оступился и сел на пол, не намереваясь вставать.

— Рон, я видел смерть своих родителей, — глухо произнёс мальчик, бессмысленно водя пальцем по камню. Он думал о родителях, а ещё он думал о том украшении. Именно оно, Гарри в этом не сомневался, спасло ему жизнь. Значит, его спасла случайность. Значит, он не какой-то там особенный мальчик, его просто спас обыкновенный защитный медальон. Гарри и не подозревал, как ему будет тяжело расстаться с мыслью о своей особенности, отличности от других. Он не предназначен для чего-то великого, он просто Гарри Поттер. «Я просто Гарри Поттер, совершенно обычный мальчик», — подумал про себя Гарри.

— Да, ты совершенно обычный мальчик. Но ты мальчик, у которого есть друзья, — сказал Рон, поднимая друга с каменного пола. Оказывается, последнею мысль Гарри сказал вслух.

— Спасибо тебе, Рон. — произнёс Гарри с признательностью. — Пойдём на улицу, всё равно у нас Уход. — Мальчики спустились по лестнице на первый этаж, вышли через Главный вход наружу и их встретили там ласковое солнышко и профессор Джулия Милт, которая сидела на траве, подставив своё лицо тёплому восточному ветру и что-то шепча ему. Но завидев ребят она вскочила и побежала к ним. Её зелёная мантия развивалась на ходу, а рыжие волосы были подобны огню. Девушка была похожа на маленькую юркую змейку медянку.

— Ребята, вы можете мне помочь? Тут привезли животных для сегодняшнего урока, а им надо прогуляться перед уроком, чтобы они не были такими свирепыми.

— Свирепыми? — хором переспросили Рон и Гарри.

— Да. Это же каркаданны! Их может успокоить только пене витютня. Но свежий воздух им необходим! Их только сегодня привезли из Ирака, а дорога оттуда в Шотландию долгая! Они, небось, совсем рассвирепели, — Джулия говорила взахлёб, с фанатичным восторгом в голосе. — А ещё я обожаю драконов. Мы с Хагридом за ними ухаживали, я приезжала на Тремудрый Турнир в прошлом году, была в команде твоего брата, Рон.

Гарри вдруг вспомнил маленькую женскую фигурку, борющеюся с разбушевавшимся Венгренским Шипохвостом.

— Вы знаете Хагрида? — спросил Рон.

— Да, я у него училась некоторое время, — с улыбкой произнесла Джулия.

Да, теперь Гарри понял, что от ужасных чудовищ отбоя не будет. Ученица Хагрида должна питать туже любовь к опасным зверям, что и её учитель.

— Мне очень повезло, ведь Хагрид не переносит слизеринцев, — профессор зашагала по траве в сторону конюшен, в которых содержались лошади-невидимки. Она махнула мальчикам рукой, что бы они шли за ней. — Так Вы из Слизерина? — спросил Рон, едва поспевая за учительницей, которая шла, а вернее летела на всех парах к конюшням.

— Да, и горжусь этим.

Гарри и Рон молча переглянулись.

Каркаданны были похожи на больших волков, только у них было два рога: один, длинный, посреди лба, а другой, загнутый, на носу. Вид у них был довольно устрашающий. Когда профессор Милт, на плечах которой гнездилась целая стая витютней, вошла в конюшни, в которых поселили каркаданнов, те недовольно и страшно зарычали, но только до них донеслось ласковое пение птиц, как те сразу затихли и дали вывести себя наружу. На улице их ждали Рон и Гарри, у которых на плечах было по две птицы. Каждый взял одного каркаданна за толстую верёвку, которую профессор с величайшей осторожностью повесила зверям на шею, и повел их к месту, где будет проводиться урок. Отведя таким образом семерых каркаданнов, Джулия соорудила с помощью волшебной палочки что-то вроде загона, куда поместила всех семерых.

— Они способны убить взрослого слона, когда в ярости, — как бы между прочим заметила профессор. Рон и Гарри со страхом посмотрели на животных, недовольно ворчавших и переступающих в своём загоне. К ним уже спешили гриффиндорцы и слизеринцы. Видимо, урок уже закончился.

— Здравствуйте! — приветственно начала Джулия. Когда все подошли к ней. — Сегодня мы будем изучать каркаданнов!

* * *
На Трансфигурацию ребята пришли совершенно обессиленными. Мало того, что солнце, не в пример прошлым дням, жарило нещадно, так ещё и один каркаданн вырвался из загона, и все дети и Джулия бегали за ним по всей территории, а когда, наконец, поймали, зверь настолько рассвирепел, что профессору Милт удалось его успокоить очень нескоро. Даже пение витютней не могло его усмирить.

Но урока Трансфигурации у них не было. Только профессор МакГоннагал открыла рот, что бы начать рассказывать о двойных анимагах, новом, как скала профессор, и совершенно потрясающем открытии в области анимагии, как снаружи раздались крики и шум. МакГоннагал выглянула из окна и крикнула:

— Джулия, что у вас случилось?

— Всё в порядке, профессор, всё под контролем! — крикнула Джулия изо всех сил, чтобы Минерва могла услышать её.

МакГоннагал покачала головой и вернулась на прежнее место у кафедры, но начать урок ей так и не было суждено. Дверь тихо отворилась и в кабинет вошёл, шурша мантией, директор.

— Минерва, можно вас ко мне в кабинет? Дело срочное, — тихо произнёс Дамболдор. Голос его звучал взволнованно и немного торжественно.

— Конечно, директор, я сейчас. Ребята, я скоро вернусь. Тихо посидите, ладно? — тут её голос внезапно построжел. — Будете шуметь, сниму с Гриффиндора очки!

МакГоннагал не было весь урок. За пять минут до звонка она ворвалась в кабинет и быстро написала на доске домашнее задание, а потом снова выбежала в коридор и помчалась в направлении подземелий, снося на своём пути зазевавшихся учеников, не успевших увернуться от спешившего и потому не видящего ничего перед собой профессора.

Ребята списали задание, а потом отправились на Зельеварение. На входе в кабинет Снейпа образовалась пробка. Парвати с Лавандой и Падмой остановились в проходе и никак не хотели идти вперёд. Потом девочки внезапно подались назад, толкнув при этом Драко с Креббом и Гойлом, которые толкнули в свою очередь Дина, Симуса и Рона, а те сбили с ног Гарри, Невилла и Гермиону, которые упали на остальных слизеринцев.

Из кабинета вышел их алхимик, Снейп, оглядел кучку учеников, сидящих на полу, и с изумлением смотревших на него, презрительно хмыкнул, и прошествовал в какое-то из своих подземелий. Дети сидели в изумлении на холодном каменном полу, даже не помышляя о том, чтобы встать. А изумляться было чему. У Снейпа были чистые волосы! Чёрные красивые локоны спадали на плечи. Обрамляя худое лицо профессора. Представим, что каждый думал с эти мгновения:

Все девочки из Слизерина и Парвати с Лавандой:

Драко и все остальные слизеринцы, а также Дин, Невилл и Симус:

— Кошмар! Он что, сменил имидж?

Гарри, Гермиона и Рон:

— Мама родная, неужто Дамболдор наложил на него Империус?

Вряд ли кто догадывался о причине такой перемены в Снейпе.

Статья написана по материалам сайтов: askentire.net, hogwartsnet.ru, met-at-ron.narod.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector